Онлайн-библиотека книг
Оставалось надеяться на то, что он какой-никакой джентльмен.
— Егор!
Он не услышал.
— Егор! — я потянула его за волосы вверх, чтобы он обратил на меня внимание. — Егор, хватит, прости, я не готова.
— Что? — в глазах все еще стояла муть, он меня не слышал.
— Прости, не получится. Я не могу.
Я отстранила его, нашла свой свитер и натянула прямо на голое тело. Егор выпрямился — член все еще оттопыривал его спортивные штаны, но в глазах уже прояснилось. Он оперся на стол и смотрел на меня с недоумением:
— Лесь? Я что-то не так сделал?"
"— Нет, все так… — я маялась, не зная, что еще сделать.
— Куда уехать? — не понял Егор. — Ты что такое говоришь? Ну не буду я больше приставать, все в порядке. Я завтра улетаю уже. Сейчас разойдемся по комнатам и ляжем спать.
— Хорошо… — я выдохнула. — Можно я пойду проветрюсь? Что-то нехорошо… Слишком много вина, наверное.
— Да, тут странное вино. Ключи не забудь, пожалуйста. Если что — звони.
— Хорошо! — я вылетела из квартиры и даже не стала ждать лифт.
С улицы пахло костром и свежестью как в майские ночи. И немного тревогой. Я научилась ненавидеть этот запах майских ночей. Он напоминал мне обо всей этой боли, о предательстве, о бесконечных трех месяцах весны, которую я когда-то любила.
А теперь ненавидела сильнее зимы.
Но сейчас этот запах звал меня, вытягивал наружу и что-то обещал как когда-то. Еще до того, как все испортилось май был месяцем, у которого все только впереди, вечером пятницы, началом.
Что-то такое сегодня случилось, что вернуло мне мой май, и он меня звал за собой в темноту февральского Кипра.
На улице сразу стало холодно, несмотря на все еще кружащее голову вино.
Сначала я направилась, куда глаза глядят. Мне хотелось просто проветриться и не думать. Подождать, пока Егор уснет, а это вряд ли случится быстро, все-таки мы далековато зашли. К тому же гулять ночью в совершенно незнакомом городе и в чужой стране — в этом было что-то будоражащее.
Из-за заборов свисали ветви деревьев — когда-нибудь они взорвутся малиновыми и сиреневыми цветами. Луна выглядывала из-за пальмы, а у кого-то на балконе еще светилась забытая с Рождества гирлянда.
