А когда она украдкой бросила через плечо взгляд на Тристана, у того быстрее забилось сердце.
Ну почему самая привлекательная женщина из всех, что ему встречались, оказалась связана с ним деловыми отношениями? Ему хотелось пофлиртовать с ней, пригласить ее на ужин. Но нужно было серьезно подумать о последствиях, прежде чем смешивать бизнес и удовольствие.
Семья для Тристана всегда стояла на первом месте. Джинни и Чарльз усыновили его, когда его родные мать и отец разошлись. Родители поженились еще подростками и лишь потому, что вот-вот должен был родиться Тристан.
С самого начала их союз был шатким и распался, когда Тристану исполнилось десять лет. Его мать была готова отдать сына под опеку в чужую семью, но ее сестра Джинни настояла на том, что у мальчика должен быть постоянный дом. Она и Чарльз с радостью приняли его в свою большую семью.
Тристан знал, что Джинни и Чарльз любят его. Он был перед Миккельсонами в неоплатном долгу: они спасли его от попадания в приют, приняли в свою семью, относились к нему так же, как к трем родным детям.
Теперь большинство людей даже не знали или не помнили, что он был усыновлен. Порой Тристану и самому не верилось, что он приемыш.
Но иногда, как сейчас, он вспоминал о том, что многим обязан этой семье.
Словно почувствовав его взгляд, Изабо посмотрела на Тристана через плечо и спросила:
— Если бы ты не был владельцем ранчо, чем бы занимался?
— Какая разница? — пожал он плечами.
Для него не имело значения будущее — важно было лишь то настоящее, в котором он жил. Подойдя к домашнему бару, Тристан взял бутылку пива, открыл и протянул Изабо, предлагая выпить.
Слабо улыбнувшись, она покачала головой и подняла руку:
— Нет, спасибо. А что касается моего вопроса, я просто пытаюсь узнать тебя лучше. Чем лучше я тебя пойму, тем более точный и искренний образ смогу для тебя подобрать. Я действительно хочу, чтобы ты был доволен результатом моей работы.
Если образ будет фальшивым, это проявится в твоем поведении. Люди будут чувствовать, что он — лишь фасад."
"— Тогда у нас ничего не получится, потому что я никогда не стану гладко говорящим чуваком в смокинге.
Тристан сделал глоток пива — своего любимого эля с семейной пивоварни. Послевкусие с ароматом пшеницы вызвало воспоминания о работе дотемна на ранчо, которое он считал своим убежищем.
— Доверься мне. Я знаю, что делаю.
