Вы посмотрите, сколько там перин, пуховых подушек, разных простыней с кружевными узорами! Сразу видно: постель в России — эпицентр семейной жизни! А давайте-ка послушаем, дорогой читатель, как готовят постель русской царице эпохи «Домостроя»: «На широкой скамье настилают снопы. И полагалось им быть в количестве 27 штук. На эти снопы кладется толстый ковер, а на него перины в количестве не меньше семи штук у царей и людей богатых, а для простого люда и двух достаточно».
Но перины совсем не такие, значительно похудевшие с петровских времен, на которых наша актриса Гундарева в «Сладкой женщине» в саду разнеживалась, а широченные и толстенные! На перины в изголовье клались две огромные подушки в шелковых наволоках.
И покрывалось все это роскошной шелковой простынею, а в ноги клали теплое одеяло соболье или кунье, с оторочкою из богатой материи. Вокруг постели навешивались тафтовые занавески. Над постелью помещались образа и крест, а возле самой постели ставили открытые бочки с пшеницею, рожью, овсом и ячменем, это, по приметам, изобилие в дом приносило.
Пологи над кроватями были обязательным атрибутом постели и у царей, и у королей западных. Только там процедура уложения монарха в постель небывалым церемониалом обрастала. Стоят, скажем, перед голеньким, худеньким, ежившимся от холода королем Людовиком XIV восемь придворных и передают в зависимости от чина (чем он выше, тем ближе к королю) с должным благоговением королевскую ночную сорочку. Пока он в нее облачится, простудиться может.
Это было не важно. Важно — соблюдение церемониала. И только продрогший король в широкую постель с роскошным балдахином уляжется, как ему тут же надо соскакивать и переходить в другую спальню, для спанья, ибо первая для церемониала была. И только проскользнув в свою интимную вторую спальню, король мог заснуть. Утром начинай все сначала: снова проскальзывай в первую роскошную спальню и дожидайся своей очереди получения королевской одежды из рук придворных. Вот ведь какая неволя королю!
Но вернемся к нашей, русской процедуре укладывания новобрачных в постель.
Наконец-то они одни в своей спальне. Теперь отдохнуть и поесть наконец-то можно, ибо новобрачных с утра ничем не кормили, а за пиршественным столом им кусочка хлеба нельзя в рот взять было: раз ты новобрачный, ходи до вечера голодный. И из-под подушки молодой супруг достает вожделенную жареную курицу.
Беда с этой курицей. Помните, как Алексей Толстой описывал в своем романе свадьбу царя Петра.
