Алексей в ночной тишине выведал всю ее подноготную, которую ей поляки подсунули. Дескать, она дочь Елизаветы Петровны и Разумовского, ее рано вывезли в Италию и там воспитали, и поэтому в русском языке она ни бельмеса не понимает, что, конечно, отнюдь не является помехой в ее стремлении стать русской царицей. Мало ли какие русские царицы, воспитанные в прусском духе, не совсем правильно по-русски выражались. Ну, Орлов, конечно, все Екатерине об этом донес, а сам сажает доверчивую красавицу в шлюпку, везет ее на свой корабль, отплывает от берега, и «прощай, родная Италия»! Тараканова, Алексея в роскошной каюте дожидаясь в преддверии сладких любовных утех, глянула в иллюминатор, а там вместо пушек, стреляющих в ее честь, узрела тишь да гладь морскую.
Она к двери кинулась, а стража ей дорогу закрывает и вежливо говорит: «Извините, великая княжна, но вы арестованы!» Она в слезы, что-то там о коварстве мужчин на французско-немецком языке лопочет и о своей беременности толкует. Алексей только смеется и шрам потирает: вот будет довольна матушка императрица! Но Екатерина довольной не была! Как царица она, конечно, одобряла поступок Орлова: Тараканова привезена и находится в Шлиссельбургской крепости, стало быть, опасность, может, и почище Пугачева, устранена, но как женщина не очень одобряла.
Ей казалось, что «Македонский — это, конечно, великий герой, но зачем же стулья ломать?» То бишь зачем же доходить до такого рвения в исполнении ее поручения, мало того, влюблять в себя бабу, да еще и беременной ее делать! И она это свое недовольство в мягкой, но холодной форме Алексею выразила.
Помнила великая государыня, что даже в кровожадном Риме беременных женщин ценили и под топор палачу не бросали. И сколько преступниц времен Тиберия и Калигулы, обвиненных в государственной измене, бежали к любовникам и слезно их молили быстренько ребеночка им сотворить, дабы жизни свои уберечь.
Ну, конечно, ребенок у Таракановой родился в стенах Шлиссельбургской крепости. И, по преданию, когда отец, Алексей Орлов, явился в подземные казематы на своего отпрыска взглянуть, Тараканова в него плюнула.
Но потом след ребенка теряется и до сих пор ни историками, ни пронырливыми хроникерами не найден. По одной версии, взял его на воспитание Алексей Орлов, в люди вывел. И сын его, Александр Алексеевич Чесменский, который у Потемкина генерал-майором потом появится, — это и есть сын Таракановой. И будто бы уж очень просил Алексей Орлов светлейшего князя Потемкина, чтобы присмотрел за ним.
