Ян снова ругнулся, но на этот раз громче и злее.
— Так вы поможете моему брату или нет?
— Да… Нет… Я подумаю. Я действительно не знаю, как это сделать."
"— Люси, он замечательный парень. Он заслуживает гораздо большего, чем быть под каблуком у вашей сестры!
Она подняла голову.
— Сводной сестры, сводной!
— Я уже предвижу, что будет, — обреченно проговорил Ян. — Стеффи оттяпает у нас кучу денег, хотя и не заслужила ни пенни. Вспомните, как она обращается с вами! Она у вас как бельмо на глазу! Неужели вы не хотите отплатить ей тем же?
Хм.
Это уже кое-что.
— Может, и отплачу.
— Ладно. — Он присел возле нее на корточки, и его лицо оказалось в нескольких дюймах от ее. — Вы знаете Стеффи очень хорошо. Попробуйте придумать что-нибудь такое, чтобы она отказалась от своего замужества быстро и безболезненно. Попытайтесь уговорить ее бросить Кайла.
— Право, не знаю. Сколько ни думаю, ничего не могу придумать. И вообще, почему я должна думать над этим сейчас? Разве нельзя об этом поговорить завтра или послезавтра? Неужели нельзя подождать? В чем дело?
— Дело в деньгах, — ответил Ян.
— Чеки за наши услуги в Интернете приходят по почте на домашний адрес Кайла, и если их увидит Стеффи, она никогда не бросит такого богатого мужа. К тому же Кайл — не очень-то хитрый малый: сейчас он притворился, что у него гайморит, но это ненадолго.
— Да… конечно… но я ничего не обещаю…
— Я понимаю, вам не терпится принять ванну и хорошенько выспаться.
Я на вас не в обиде. — Он поднялся и протянул ей руку. — Мы сейчас вымоемся, поспим немного… я обойдусь кушеткой. Когда мы проснемся бодрыми и отдохнувшими, нам покажется, что мы родились заново. Нам обоим станет гораздо лучше.
— Ну, в общем, да, — согласилась она. Пусть делает что хочет, лишь бы оказаться наконец в ванне.
Она быстро поднялась, опираясь на его руку.
— Вам не придется спать на кушетке, так как у меня есть комната для гостей — прямо по коридору, вторая дверь налево.
Там же и ваша ванная. Я пойду к себе и, учтите, буду лежать в ванне долго. Так что скоро не ждите.
Когда она дошла до верхней ступеньки лестницы и посмотрела вниз, Яна уже не было.
Она тут же сбросила его чертову рубашку и повесила на перила.
— Скатертью дорога! — буркнула Люси и вновь посмотрела на рубашку — та свисала как белый флаг. — Даже не думай об этом, — громко, во весь голос, приказала себе Люси.
