Нет, это невыносимо – мои трусики стали влажными при одной только мысли об этом.
Мы с ним почти не разговаривали, когда предавались опасным ласкам в его спальне. Я чувствовала, что он хочет оградить себя от всего мира, спрятавшись в своей раковине, и я его прекрасно понимала. Накануне он даже не выпустил меня из своей комнаты и весь день продержал в постели, словно безропотную рабыню, заложницу его поцелуев."
"Когда мы наконец отрываемся друг от друга, то слушаем музыку, смотрим телевизор или едим, но бо`льшую часть времени целуемся.
Часто я ничего не слышу, кроме звуков поцелуев его влажных губ на моем теле и нашего учащенного дыхания. Позапрошлой ночью я была так возбуждена, когда он зашел ко мне, чтобы увести в свою комнату, что чуть не прыгнула ему в объятия. Не успели мы упасть на его кровать, как мои руки уже гладили его волосы, язык оказывался в его теплом, таком восхитительном рту, а он отвечал животным рыком и страстным поцелуем впивался в мои губы. Я чувствовала малейшие движения его языка, посылавшие импульсы удовольствия в мой чувствительный клитор, который распух и пульсировал при каждом поцелуе… и впадала в неистовство при одном воспоминании об этом.
Сейчас я чувствовала невероятное возбуждение от одного только взгляда Ремингтона. Когда он смотрел на мои губы. Когда заправлял выбившуюся прядку волос мне за ухо. Я знала, что такие ощущения могут посадить надпочечники и не давать выход таким эмоциям очень вредно для здоровья. Но я не могла остановить его. Честно говоря, мне не хотелось останавливаться, но я прошу его это сделать, потому что мы оба страдаем, и я отчаянно хочу, чтобы он продолжал, пока не буду лежать полумертвая в его объятиях, сожженная дотла ненасытным желанием.
Я безумно хотела его. Каждый час, каждую минуту, каждую секунду.
Я хотела его с того самого первого вечера, когда пыталась убедить себя в обратном и притвориться, что ничего подобного со мной не происходит. А сейчас он был нужен мне, как и многое другое, без чего невозможно существовать, – воздух, еда, желание прожить счастливую жизнь, видеться с любимой сестрой, добиться профессионального успеха.
Моя тяга к нему была настолько сильна, что я хотела жить только настоящим без страха перед тем, что может или не может случиться в будущем.
Я даже не боялась того, что, возможно, он причинит мне боль. Хотя и знала, что это вполне возможно.
Когда мне придется возвращаться домой и наша связь прервется, мне будет очень больно.
