— Раньше все по-другому было, — ответила, ощутив, как грусть оплетает сердце. — А сейчас сил на меня не остается. Или желания, не знаю.
— Так, может, и правда устает?
— Может, и правда…
— Знаешь, что? Давай, собирайся.
— Куда?
— В клуб поедем. Он же тебя звал? Значит, будет не против, что приедешь. Только горячку не пори. Поддержи, скажи, что понимаешь. Ну и… Намекни там, что соскучилась. И я заодно своего оболтуса проверю."
"Я поморщилась, решив, что теперь накрутила и Машу. Ее Леха работал с Громовым, но если Эд занимался подготовкой бойцов, то на Лехе были зрители и ставки.
И почему-то я тоже не сомневалась, что Леша будет там, хоть необходимости в этом и не было.
— Я себя дурой буду чувствовать, — буркнула я, натягивая пуховик.
— Можно подумать, сейчас не чувствуешь. Главное, помни, с какой целью мы туда едем — наладить контакт, а не вынести мозг. Давай, такси уже у дома.
Мы ехали вместе с Машей в клуб, она была внешне спокойна, а меня бешено колотило. Говорят, у страха глаза велики.
У моего страха они раздулись до ужасающих пределов. Я в красках представляла себе сцены из фильмов про измены, где девушка застает любимого в объятиях жаркой красотки, гнала от себя эти мысли, но они как тараканы возвращались и заполоняли мой мозг.
— Всем привет, — сказала Маша звонко, когда спустилась в цоколь, где проходили тренировки.
Леха тут же подскочил от площадки и метнулся к ней, сгребая в охапку.
— Ма-а-ашенька моя приехала. Соскучилась, ежик?
— Соскучилась, ага.
А ты тут что делаешь? Бой ведь послезавтра только?
Леха что-то промямлил, а я отошла ближе к снарядам, где Громов стоял позади мощной девицы и держал ее за предплечье вытянутой руки.
— Вот так. Поняла?
— Еще раз покажи, — заискивающим голоском пропела та, и Эд сперва отвел назад ее плечо, потом плотнее встал сзади, якобы помогая правильно выполнить удар.
— На выдохе, вот так. Ясно?
— Да, теперь понятно. Ты так хорошо объясняешь.
— Ага, прям учитель года, — не удержалась я.
Громов, наконец, заметил меня, отлепился от своей ученицы и подошел к краю площадки под любопытным взглядом девушки.
— О, Коза. Передумала?
— Дома скучно стало, — соврала я и, помня наставления Маши о том, чтобы беречь нервные клетки своего мужчины, чуть смягчилась. — Можно тебя на минутку?
Сдобрила приглушенный тембр сексуальной хрипотцой, зная, как Громов на нее реагирует, и его карие глаза опасно сверкнули.
— Жень, отрабатывай пока.
