"
"На темном участке лестничного проема была натянута обычная нитка, на одном из конце которой висела пустая и мятая консервная банка из под тушенки. Пиночет на бегу зацепил нитку ногой, она порвалась и в ночной тишине, пустая банка, громыхая и звеня, покатилась по ступенькам лестничного пролета. Комбат чертыхнулся и ускорился, активно помогая себе руками, цепляясь за перила.
Он буквально влетел в роту как вихрь, как ураган, как разъяренный демон. Но, его ждала мирная, идиллическая картина. Бодрствующий дневальный, спокойно, вкрадчивым и размеренным голосом принялся докладывать свою уставную скороговорку об отсутствии происшествий в нашем подразделении.
Пиночет не дослушав рапорт, метнулся в спальное помещение. Личный состав роты, сладко посапывая и местами громко попукивая, умиротворенно спал. Экран телевизора был равнодушно черен. Комбат нервно заметался по казарме, пытаясь найти курсантов, шарахающихся после команды: «Отбой». Сопровождающий его сержант из состава наряда, принюхавшись, пытался держаться от свирепого командира подальше, стараясь при этом, незаметно, зажимать нос пальцами.
Пиночет энергично прошелся по расположению роты и вдруг остановился у задранного под потолок телевизора, его осенила гениальная мысль. Он повернулся к сержанту, тот мгновенно убрал руку от своего носа и старательно задышал ртом. Пиночет многозначительно и ехидно улыбнулся.
— Сержант, дайте дневальному команду, пусть принесет мне табуретку.
— Есть товарищ полковник! Только разрешите, я сам, лично принесу?!
Не дожидаясь разрешения комбата, дежурный по роте, стремительно испарился из ареала досягаемости запаха благоухающего Пиночета и, найдя свободную табуретку, присел на нее.
Сержант не спешил вернуться к Серову. Парень не мог надышаться воздухом, он словно не дышал, а большими глотками пил чистый неотправленный воздух.
Устав ждать табуретку, Пиночет начал возбуждаться и генерировать.
— Сержант! Вы что там — табуретку из бревна выстругиваете? Я просил любую табуретку. Любую, а не ручной работы из красного дерева!
Дежурный сержант, услышав голос раздраженного комбата, перестал наслаждаться чистым воздухом, и предварительно облившись одеколоном, взятым из ближайшей тумбочки, подбежал к Пиночету с табуреткой в руках.
Остановившись подальше, он, максимально вытянув руки, протянул ее комбату. При этом несчастный сержант старательно работал мышцами лица, отчаянно пытаясь спасти свой нос от прорывающихся в него, паров омерзительного амбре.
