Жертвами среди полицейских стали те, кто сопровождал пожарных, когда начались поджоги, и попал в засаду. Их закидали камнями.
– После смерти мальчишки это надо было предвидеть, – продолжил мэр. – Почему же вы это проглядели?
На другом конце провода молчали.
– Поступали сигналы от «Фарос», на «Фейсбуке» и «Снэпчате» тоже появлялась информация, что что-то готовится, но угадать, что и когда, было трудно…
«Фарос» – «Платформа упорядочения, анализа, сопоставления и использования сигналов» (видимо, такое название придумал какой-нибудь бюрократ, любитель звучных акронимов[43]) – система отслеживания упоминаний о случаях педофилии и развратных действий по отношению к несовершеннолетним, а также случаев разжигания расовой ненависти и призывов к насилию в Сети.
– Мобилизованы двести полицейских, люди из Дирекции республиканской безопасности и государственной безопасности, – продолжил директор. – Высланы вертолеты жандармерии для контроля с воздуха. Кроме округов Багатель, Рейнери и Бельфонтен, сигналы о сожженных машинах поступили из Изарда, Коломье и Бланьяка.
В следственном изоляторе Сейсс тоже начались беспорядки."
"Следственный изолятор Сейсс был известен своей перенаселенностью: случалось, что на каждом этаже там содержали по 110 задержанных.
– Черт побери! – воскликнул мэр.
– Мы уже провели около двадцати восьми задержаний, – чуть спокойнее сказал директор. И это еще не конец.
Он умолчал о том, что из двадцати восьми задержанных двадцать пять тут же отпустили домой, сделав им соответствующие внушения и призвав к порядку.
Густые брови мэра встопорщились больше обыкновения, он поблагодарил, попросил держать его в курсе и отсоединился. Потом оглядел своих заместителей таким взглядом, словно перед ним возник призрак Жозефа де Риго, первого мэра Тулузы, который умер на гильотине 20 апреля 1794 года.
– Можно подумать, что одной скверной новости в день недостаточно: то ковидные ограничения, то беспорядки…
* * *Обитатели «коробочных» жилмассивов услышали над головой стрекот вертолета.
Стены от этого стрекота завибрировали, словно в Южном Лос-Анджелесе в 1992 году[44]. К стрекоту прибавился вой сирен, и те, кто жил на верхних этажах, увидели дым и отблески пожаров. Для тех, кто жил в других местах и смотрел на все происходящее на экранах телевизоров, может, это и было интересными картинками. А для местных жителей это был злой рок, и они попрятались в квартирах, как и положено штатским в зоне военных действий.
