Может, Лев решил в Африке поиграть в графа Царева? Вдали от посторонних глаз, вдали от Франции, под защитой собственной безнаказанности? Вошел во вкус, попробовав крови и ощутив, какой абсолютный ужас внушает? Решил творить свой собственный суд?
Эстер вздрогнула, когда дверь в редакцию закрылась.
По телу пробежала дрожь. Она понимала, что всему виной ее собственные страхи и собственные мысли, угрюмые и полные яда. Ей еще не приходилось работать с такими зловещими и мрачными досье. Она имела дело с людьми безжалостными.
И все время спрашивала себя, что же будет, если она окажется слишком близко к ответу на все вопросы…
Погрузившись в свои мысли, она не заметила, как редакция опустела. В открытом пространстве, освещенном рядами неоновых ламп, не осталось ни души. Ничего, кроме тишины.
Посмотрев на экран, Эстер обнаружила, что подошло время намеченной встречи. Она в последний раз оглядела просторный зал, погасила свою лампу и встала.
54
– Надо решить проблему с этим майором.
– Мы этим занимаемся.
– А журналистка?
– И ею мы тоже занимаемся.
– Они подошли слишком близко, мой генерал. Возможно, нам надо перестать встречаться. По крайней мере, на какое-то время.
– Не беспокойтесь, Мезлиф. Все под контролем.
– У меня такого впечатления нет.
Присутствующие замерли. И как только Мезлиф осмелился? Все напряглись в ожидании реакции. Настала тишина. Ко всеобщему огромному удивлению, генерал еле заметно улыбнулся и медленно поднялся с места.
– Кто здесь командует? – сказал человек с синими глазами, спокойно улыбаясь, но эта улыбка не сулила ничего хорошего.
– Вы или я, Мезлиф?
Генерал двинулся к Мезлифу. Отсветы пламени играли на его исхудалом лице с глубокими морщинами. Оба встретились взглядами.
– Вы когда-нибудь слышали о нильском крокодиле, Мезлиф? – ласково спросил он, но все в зале сразу различили угрозу в его тихом, почти нежном голосе.
– Что?
– О нильском крокодиле. Это одна из самых крупных ныне живущих рептилий. Около четырех метров длиной, весом от двухсот до пятисот кило.
Он водится почти на всем Африканском континенте к югу от Сахары.
Мезлиф заморгал глазами. Генерал разглядывал его с высоты своих почти двух метров, словно хотел загипнотизировать.
– Когда нильский крокодил охотится, он, как и большинство пресмыкающихся, всегда подстерегает добычу в засаде, дожидаясь удобного момента, чтобы напасть. Обычно он заныривает возле берега реки или озера, и его совсем не видно, наружу высовываются только глаза и ноздри.
