Но уж если об этом зашла речь, то не кажется ли тебе, что трусливое стадо, которое и есть большинство населения этой страны, обожает фильмы о супергероях?
И он вдруг провел горячим кончиком языка по ее лбу, слизывая капли пота, а потом язык спустился на розовый уголок глаза, и Эстер зажмурилась изо всех сил, на секунду испугавшись, что сейчас обмочится. Слава богу, что она успела зайти в туалет несколько минут назад.
– Они воображают, что нарядные супергерои явятся им на помощь всякий раз, как они окажутся в трудном положении, – продолжал он.
– Что ты об этом думаешь? А проблема в том, что супергероев не существует. Никогда не понимал, как можно любить такие дебильные фильмы.
Она услышала, как Сами спустился по лестнице и вызвал полицию. Сколько времени пройдет, прежде чем они приедут? И что будет делать Сами: останется ждать внизу или поднимется?
– Здесь есть запасной выход? – шепнул ей на ухо ее мучитель.
Если ей удастся убедить его выйти, как вошел, через главный вход, то Сами, может быть, его разглядит.
– М-м-м.
Она отрицательно замотала головой.
– Открой глаза, – прошептал он."
"Эстер открыла… И вздрогнула под черным, пустым взглядом, впившимся ей в глаза в поисках истины или лжи.
– Врешь, – проскрежетал он.
Ей показалось, что сердце у нее оборвалось и ухнуло куда-то вниз. Этот тип разбирался в человеческих душах лучше, чем любой психоаналитик, неважно, фрейдист или последователь Лакана[66]. Она почувствовала, что он что-то вынул из кармана. Не успела она понять, что это такое, как у нее перед глазами вспыхнул огонь зажигалки, обдав жаром роговицу.
– Так есть здесь запасной выход?
Она кивнула сквозь слезы, лившиеся с обожженной роговицы.
– Отлично, я сейчас уберу руку, и мы вместе спустимся вниз по черной лестнице. Если ты хоть пикнешь, я тебя сожгу. И не думай, колебаться не стану. Усекла?
Он убрал руку, и к Эстер тотчас же вернулся ее всегдашний боевой дух.
– Иди на хер… – ответила Эстер Копельман, переведя дух, и ее лицо начало понемногу обретать нормальный цвет.
– Ладно, я пойду. Терпеть не могу кого-то подвергать опасности.
Он обворожительно осклабился.
– Вот это да! Черт побери! Настоящая героиня. Значит, такие еще не перевелись…
57
Темнота. Сколько времени она здесь? Час? Два? В крови пульсировал страх. С головы сняли мешок, она поморгала глазами… И тотчас же загородилась рукой от слепящего света. В темноте кто-то светил ей в лицо фонариком. Темнота пахла чем-то кислым, перебродившим, лошадиным навозом и самими лошадьми.
