Лютая

Она знала, что можно сделать все намного лучше, но в данный момент это максимум, на что они способны.

Вздохнув, Саша мельком глянула на Борга и вспомнила о недавнем поцелуе. Чуть подумав, она села к нему ближе, а потом привалилась головой к его плечу. Борг в первое мгновение слегка напрягся, но вскоре расслабленно выдохнул и немного развернулся, приобнимая ее за плечи. Простое прикосновение заставило все внутри дрогнуть.

В принципе, все и так хорошо, даже отлично. И крыша нормальная, подумаешь, тростник чуточку торчит, и стены вполне можно сделать из кирпичей, а не из камня.

Они посидели так еще какое-то время, а потом разошлись по своим делам. Борг отпустил ее неохотно и долго смотрел, как она уходит в сторону хижины шамана.

Поднявшись, сам он направился к камню, который не так давно отыскал недалеко от реки. Он выглядел именно так, как описала Лютая, но Борг не стал ничего ей говорить, решив, что и сам способен провести эксперимент. Это слово и его значение теперь были ему хорошо известны.

– Что привело тебя ко мне? – спросил Корги, когда Лютая села напротив него.

– Мне нужна трава, – слова прозвучали прямо. – Трава, которая не дает женщине забеременеть.

Старик, услышав ее просьбу, расширил глаза.

– Откуда ты… – начал он, но почти сразу замолк.

– Именно, – она не стала переубеждать шамана. Все верно, она узнала обо всем этом от предков, и никак иначе.

– А Борг знает о твоем желании? – прищурившись, спросил старик.

Александра сжала губы в тонкую нить и холодно посмотрела на Корги.

– С Боргом мы сами разберемся, – произнесла она уверенно. Появившаяся на мгновение Клео сверкнула красными глазами, давая понять шаману, что ему не стоит влезать в чужие семейные дела.

Корги на самом деле считал, что такая трава принесет только вред их племени. Рождение ребенка – воля предков и природы. И сами люди не должны препятствовать тому, что должно идти своим чередом.

Женщина должна рожать столько, сколько получится.

Твердо уверенный в том, что он прав, Корги озвучил свою точку зрения. Он был согласен передать Саше траву и научить ее употреблять – поскольку ему не хотелось, чтобы такой полезный человек так быстро погиб,  – но он желал оставить знания о траве в тайне от других женщин.