Ло. Лётная школа

Просторная, с пятиметровым потолком и окнами ввысь. Лакированный брус на полу, скрипучая кровать с балясинами и дубовый шкаф. Бронзовые перекрестья рам покрыты благородной зеленой патиной. Светло и холодно. Я не могла никак привыкнуть. Ребята отнеслись к моему появлению спокойно, даже равнодушно. Все они пришли с подготовительных курсов уже состоявшимися тройками, а я, всего лишь пришлый стрелок в рапторе комэска, не интересовала их ничуть. К тому же, именно я на своей «ноль-один-шесть» Ласточке привезла пограничников на хвосте к финишу.

Такое не забывается. Правда, теперь у меня больше нет шестнадцатого номера. Кей-Мерер, по сути, лишил меня винтовой воздушной практики. За что? За неповиновение? За то, что его эскадрилья стала первой? Или?.. Убрал от себя, чтобы ничего не вспоминать? если раньше я хотя бы слышала голос Максима на построении, то теперь не имела ничего. Хватит! Зато учиться ничего не мешает.

Зарядили дожди. Две недели идут без продыху. Простыни и рубашки отсырели и сушить было не на чем.

Где природа берет столько воды?

— В городе дождь, дождь четвертые сутки…, — напевал Эспо, правя электробритвой бороду у овального зеркала.

Я сидела на подоконнике, послушно ждала от командира заданий. Как правило, он меня ничем не напрягал. Погода нелетная.

— Пользуйся затишьем и учись, Лео, если хочешь получить нормальный диплом. Торопись, пока все предметы целы. Ваш программу урежут, наверняка, — мужчина поменял насадку на бритве. Загудел. Теперь брови. Красавчик.

— Почему? — не интересно.

— Ты политикой не интересуешься совсем? — Эспозито насмешливо глянул на меня из зеркала.

— Не-а, — я посмотрела на часы, висящие на стене. Столовая открывается через пять минут.

— Торопишься?

— Хочу успеть на колеты и овсянку, — я спрыгнула со своего места. Взяла со стула дождевик и пошла к дверям.

— Я могу одолжить тебе денег, Лео. Этот комбинезон велик тебе размеров на десять, — комэск пограничников методично протирал лицо душистой салфеткой. Выпендрежник.

— Всего на три размера, и я не живу в долг, командир, — я засмеялась. Правая бровь у него получилась шире левой. — До вечера!

Нечего надеть, кроме камуфляжа, нечего поесть, кроме бесплатной столовской жратвы. Эспо — не сиятельный барон, задарма кормить не привык. На последнюю монетку, полученную от Китти, я сделала тату.

В серое от влаги здание столовой набились мокрые курсанты. Влажно. Воняет непросушенной одеждой и резким в сыром, теплом воздухе парфюмом.