— Ты назвал ее сукой? — спрашивает Райдер, роняя молоток на пол. — Ты смеешь оскорблять нашу принцессу?
Дем перестает кричать, кровь капает с его разбитой губы, где он, должно быть, прикусил ее. Я бросаю взгляд на Тони и Сэма и вижу, как они ухмыляются. Они знали, что произойдет, они уже видели Гадюк в действии раньше. Из моего горла вырывается крик, когда я резко отворачиваюсь, но затем я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть, как Райдер отрезает язык Дема.
Я хочу блевануть, но хватка Дизеля на моем горле останавливает спазм, и тепло, собирающееся в животе, заставляет меня задуматься, действительно ли мне не все равно.
Он был мудаком, это точно, но действительно ли он этого заслуживает?
Это не мой выбор.
Райдер отбрасывает язык, когда парень жалобно кричит, поднося свои изуродованные конечности ко рту, из которого льется кровь.
— Он умрет? — спрашиваю я, и мой голос странно спокоен.
— Может быть, это было бы забавно, не так ли? Держу пари, это мучительно больно, не так ли? — шепчет Дизель.
Райдер отступает назад, с отвращением глядя на парня.
— Тони, Сэм, уведите его. Я хочу, чтобы охранники все время стояли у входной двери, пока мы здесь, Поуп. Всякий раз, когда мы уезжаем, вы проверяете место на наличие жучков и взрывчатки, то же самое с машинами. Я хочу, чтобы кто-то постоянно следил за видеокамерами, чтобы никто не приходил и не уходил без причины или пропуска.
— Да, сэр, — отвечают они все, прежде чем схватить Дема под руки и потащить его прочь.
Они не смотрят на меня, на самом деле, они полностью игнорируют меня. Теперь я знаю почему — из-за Райдера и того, что он сделает. Это печально, парни мне понравились, и теперь я вернулась к тому, чтобы снова зависать в обществе моих Гадюк.
Не моих, а просто Гадюк, напоминаю я себе, когда Дизель отпускает меня, быстро облизывая мою шею, отчего я вся дрожу, а он мрачно хихикает. Затем в поле зрения появляется Кензо, он ухмыляется мне и пробегает глазами по моему телу.
— Он прикасался к тебе где-нибудь еще, дорогуша? Я мог бы поцеловать его получше, — предлагает Кензо, и в комнате становится тихо, пока они все ждут моего ответа."
"— Ты, блядь, этого хочешь, — выплевываю я, скрещивая руки на груди и свирепо глядя на них. — Значит, мне теперь даже не разрешают играть в покер?
— О, ты можешь поиграть, дорогая, со мной.
