Это не остается незамеченным для парня в костюме, так как тот внимательно наблюдает за мной, и уголок его губ слегка приподнимается, когда я показываю панику.
— Она мне нравится, — заявляет блондин, и здоровяк наконец начинает говорить.
— Бедняжка, — усмехается он.
— Роксана, пожалуйста, сядь, — снова предлагает первый, но я понимаю, что это требование.
Поэтому я выдергиваю табуретку и делаю то, что мне говорят, садясь как можно дальше от них. Я кладу руки на стойку, чтобы дотянуться до ножа на поясе.
— Почему вы здесь? — повторяю я свой вопрос.
Первый оглядывается, прежде чем выбрать ближайший столик. Гребаный ублюдок вытирает стул и все еще хмурится, присаживаясь на его край. Надеюсь, он испачкает свой костюм.
— Роксана, меня зовут Райдер Вайпер, — представился он. Игнорирую то, что он называет меня полным именем Роксана, никто не называет меня так.
Меня пробирает дрожь.
Вайпер.
Как те долбаные психи, что заправляют нашим городишкой? Проклятая мафия, которая контролирует все? Неудивительно, что полиция испугалась, они у них в кармане.
Как и судьи, и мэр.
Черт, все серьезно.
— Это Дизель, — он кивает на блондина, который слизывает пламя с зажигалки. — Кензо, — он указывает на того, кто похож на него. — И Гарретт.
— Что ж, чертовски приятно познакомиться. Не хочешь рассказать мне, почему вчера ночью сюда пришли те головорезы и напали на меня? — рычу я. Когда мне страшно, я защищаюсь, предъявляю свои требования.
Его брови выгибаются дугой, когда он наклоняется вперед, а руки оказываются свободно болтающимися между раздвинутыми ногами.
Черт, почему так жарко?
— Как они мне объяснили, ты напала на них первая.
Я припоминаю. Черт, может, он и прав.
— Они пытались схватить меня.
— Да, так и было, — кивает он. — Но за то, что они ввязались с тобой в драку, с ними уже разобрались. Им было приказано не это. Я так понимаю, один из них ударил тебя?
Дотрагиваюсь до все еще саднящей от боли губы, но опускаю руку — слишком поздно, он заметил. Он сощурился.
— Но мы с ними еще не закончили, они ждут решения из-за того, что сделали.
— Что это вообще значит? — кричу я.
— Это значит, милая птичка, что они умрут, — смеется блондин, при этом смех получился немного как у чокнутого.
— Зачем я вам понадобилась? — спрашиваю я, затаив дыхание.
— Твой отец был у нас в долгу, — начинает Райдер, и я клянусь, он снова выгибает бровь. — Да, насколько я понимаю, ваши отношения… они непростые?
— Рокки? Я бы убила этого ублюдка, если бы только могла.
