— Конечно, нет, но ты можешь понять гнев Роксаны. В конце концов, вы похитили и пытали ее.
Лицо Райдера напрягается при этих словах, его гнев вспыхивает, поэтому я наклоняюсь и облизываю его ухо, не сводя глаз с Номера Два.
— Не кипятись, малыш, ты можешь выплеснуть все на меня позже, — пробормотала я, и он застонал.
— Она склонна держать обиду. Я знаю это по личному опыту.
Он смеется.
— Но нет, мы здесь не для того, чтобы разговаривать. Мы оба знаем, что время для разговоров прошло. Ваша семья подписала свои смертные приговоры, и теперь у вас есть простой выбор, как быстро вы умрете.
Он усмехается.
Мужчины в комнате зашуршали, и один из них подошел ближе, держа пистолет наготове. Дизель смещается за мою спину, защищая меня. Выпрямившись на своем месте, я подмигиваю Номеру Два.
— Он прав, я обидчива донельзя. В этом мне нет равных. Спроси моих парней. О, подожди… у тебя же один из них. — Виляя пальцем, я облокотилась на стол, выставив напоказ свои груди, взяла его бокал с вином и отпила, наблюдая за мужиком, прежде чем откинуться в кресле.
Его взгляд перемещается на кровь, все еще остающуюся на моей коже, и он сглатывает.
— Так где он?
Райдер не напрягается, когда я заменяю его, нет, он больше расслабляется, он слишком эмоционален, чтобы играть прямо сейчас. Мне не нужно быть спокойной, я ― отвергнутая девушка, поэтому я могу быть настолько сумасшедшей, насколько захочу, и я планирую быть такой. Они забрали то, что принадлежит мне.
Они причинили мне боль.
Они причинили боль моей семье.
Номер Два нервно облизывает губы, прежде чем улыбнуться.
— Возможно, его потрошат прямо сейчас, пока мы здесь разговариваем.
Я замираю и осторожно, спокойно ставлю бокал с вином на стол.
— Спрошу еще раз, и вам стоит знать, что каждый человек, который когда-либо причинял мне боль, имеет обыкновение находить свою смерть… и вы знаете человека, который стоит за мной, верно?"
"Я расслабляюсь, прижимаясь к Ди, который наклоняется и целует меня, заставляя меня стонать, когда он проводит языком по моим губам, пробуя вино.
— Он мастер пыток, а я училась у лучших, так что еще раз, пока я не разозлилась. Где Гарретт?
Рука Дизеля обхватывает мое горло и снова притягивает мою голову назад, целуя меня крепко и прикусывая губу, пока я не чувствую вкус собственной крови, прежде чем он отпускает меня. Облизывая губы, с которых, несомненно, капает кровь, я смотрю на Номер Два.
— Я жду, — мурлычу я.
— Иди на хуй, тупая сука.
