Малютин продолжал лежать неподвижно, когда они пришлепали обратно. На этот раз с их шагами чередовались дробные шаги человека, обутого в обувь с твердой подошвой, а может, с каблуками.
Кто-то вскрикнул, тонко и высоко, как ребенок. Загремела решетка – в освободившуюся камеру Сергея тварь в кепке грубо втолкнула женщину. Обычную человеческую женщину. Малютин узнал ее. Это она была пленницей в убежище, вместе с двумя мужчинами, один из которых умер, а второй повредился умом. Кажется, они были из города Пушкино.
Маша.
Николаю показалось, что через все лицо у нее тянулся глубокий порез.
Вождь снова долго возился с дверью, запирая ее, а потом монстры пошли прочь, в полном молчании, прерываемом только их тяжелыми сиплыми вдохами. Немудрено, что им, таким здоровенным, требовалось много кислорода. Которого в атмосфере теперь наверняка было меньше, чем до войны.
Они ушли, и вскоре стихла атака на мозг. Малютин вдохнул с облегчением. Сержант перестал бормотать и поднялся на ноги.
– Эй! Новенькая! Ты в порядке? – прошептал в темноте ученый.
– Н-нет, – раздался ответ через пару секунд. – Они моего брата убили. И…
Она захлебнулась слезами, и ее речь превратилась в жалобное причитание:
– У них там… комната… головы… головы… кости… снова головы.
– Прости, – попытался успокоить ее Малютин. – Не торопись. Дыши глубже. Если они нас еще не убили, значит, шансы есть. А теперь расскажи мне: где вас держали?
– На первом этаже.
– Были там другие пленные? Наши, которые в форме?
Он не задумываясь назвал людей полковника «нашими».
– Были. Но вчера их… – она закашлялась, – растерзали. Кто-то попытался бежать, ранил одного из… уродов. И они перебили…
– Всех?
Она замолчала.
– Отвечай. Пожалуйста.
– Не знаю… многих.
– Неважно. Жаль их. Но лучше уж так, – зло бросил Малютин. – Согласен, сержант? Чем быть покорной скотиной.
Сержант, похоже, считал иначе.
– Не шуми, – попросил Воробьев. – А то они придут. И лампу свою убери…
Малютин понял, что на помощь бойца рассчитывать не стоит.
– Люди, – внезапно заговорила пленница, которая там, в убежище, показалась ему симпатичной.
– Там были и другие люди…
– Какие?
– Женщины, мужчины… их привели сегодня. Много.
Вот это уже было интересно. Значит, пленных прибавилось. Малютин лихорадочно обдумывал план побега. Он не мог поверить, что ему, человеку, кандидату наук, не удастся обхитрить этих бородавочников, похожих на уродов из Кунсткамеры.
Пленники беспомощно смотрели друг на друга, чувствуя себя попавшей в западню дичью.
