Я проспал ещё несколько часов и даже не стал спускаться на завтрак. А когда проснулся, то надел свой лучший костюм, натянул дворянский перстень и золотые часы. Всё-таки к градоначальнику иду. Надо выглядеть солидно.
Да и такси я вызвал представительского класса. Водителем оказался пожилой усатый мужчина, похожий на потомственного дворецкого. Он быстро домчал меня до роскошного особняка, переделанного под административное здание.
Меня быстро провели по коридорам и усадили в одно из кресел в просторной приёмной с многоярусной люстрой и ковровой дорожкой на полу.
Помимо меня, тут находились ещё трое. Два парня лет двадцати пяти и девушка примерно их возраста. Все, естественно, дворяне, в дорогих одеждах и с таким выражением лиц, словно в приёмной слегка пованивало. Особенно один из них кривил без меры холеную физиономию и постоянно перебирал тонкими пальцами, будто хотел привлечь внимание к золотым перстням-артефактам.
Он-то первым и прервал царящее в приёмной молчание, снисходительно спросив у девушки:
— Позволено ли мне будет узнать ваше имя?
— Дарья Ивановна Дмитриева, — произнесла та, держа спину идеально прямой, а плечи — развёрнутыми.
В ней чувствовалась порода, хотя титула, кажется, у неё не было.
— Граф Вениамин Соколов, — гордо произнёс аристократ и тряхнул длинными волосами каштанового цвета.
— Тогда позвольте и мне представиться. Барон Максим Житников, — не менее гордо сказал второй аристократ, короткостриженый, черноволосый и носатый. — Думается мне, что всех нас собрали, дабы наградить за спасение Стражграда.
— Согласен, — величественно кивнул граф Соколов и метнул на меня короткий взгляд. Дескать, ты-то чего не представился, лапоть, раз уж все назвали свои имена?
Я на его невысказанный вопрос лишь криво усмехнулся, занятый подготовкой плана, который позволит мне не сдохнуть в битве с Маммоной.
— Определённо так и есть, — снова подал голос Житников и с толикой хвастовства добавил: — Мне во время нападения довелось командовать отрядом из простолюдинов, но даже с обычными горожанами я умудрился уничтожить аж десять монстров.
Представляете?
— Десять? — вскинул бровь граф и с суконным рылом произнёс с притворной скромностью: — Неплохо, неплохо. Мне-то удалось убить пятнадцать тварей. Причём одному.
На лице Житникова промелькнуло раздражение, и он вдруг спросил у меня:
— Молодой человек, а вас за какие заслуги пригласили сюда?
— Да за ерунду какую-то. Даже неловко, что я тут.
