А я испытал сожаление, что не успел напоследок шепнуть нечто эпичное на ухо Морозову. Мол, вот тебя и покарало чуть-чуть божественное существо.
— Громов, скорее освободи меня! — выпалила Огнева, часто-часто дыша.
Её грудь ходила ходуном, а длинные спутанные волосы упали на лицо, покрытое грязевыми разводами.
— Ключи бы найти, — оглядел я валяющиеся на полу тела. — У кого они?
— Вон у того! — указал рукой один из хаоситов на труп толстяка, похожего на выброшенного на берег кашалота с оторванной головой.
— Он был одним из самых близких подручных этого трижды проклятого жреца!
— А где остальные жрецы? — спросил я, отстегнув от пояса толстяка связку ключей.
— В этом храме был только один жрец! Клянусь Перуном!
— Погляди-ка, Перуна вспомнил, — насмешливо оскалился я и глянул на хаосита. Тот поспешно опустил взгляд и виновато повесил голову. — А другие жрецы где прячутся? Понятно, что в этом храме был один, но в городе-то их несколько."
"— То мне неведомо, — мрачно прошептал мужчина, который из кожи вон лез, чтобы продемонстрировать свою полезность, посему его словам можно было доверять.
— А я знаю! — вдруг подал голос второй хаосит и с толикой злорадства покосился на первого, словно между ними шла борьба за сохранение жизни, будто я пообещал не убивать только кого-то одного из них.
— Говори тогда! — прикрикнул я, взявшись за антимагические наручники бурно сопящей баронессы.
— Мне удалось случайно услышать, как жрец говорил, что его ближайший коллега находится в храме Велеса, который у базарной площади, — протараторил хаосит.
— Значит, решили осквернить храмы других богов. Это очень похоже на Хаос, — пробормотал я, с пятой попытки подобрав ключ к наручникам Огневой.
Щёлкнули замки — и девица с омерзением сбросила оковы, а я помог ей избавиться от верёвок.
— Господин, так вы оставите мне жизнь? — заискивающе спросил тот хаосит, который выдал месторасположение другого жреца. — Мне ещё есть что вам рассказать.
Поклянитесь, что не убьёте меня, и я вам всё поведаю.
— И я! — вклинился второй смертный, судорожно сглотнув. — Мне тоже есть что рассказать. Только сохраните мне жизнь.
— Клянусь, что не буду вас убивать, — торжественно проговорил я, покосившись на Апофиса.
Тот выскочил из истаявшего клочка тумана, практически не прибавив в размере. Да и мордочка у него была грустная. Видать, ему не удалось забрать у капитана ни одного атрибута.
