Отлично! Правда, я прошёл по тонкому льду, но важен результат, а он в мою пользу.
Я мысленно поблагодарил Апофиса. Тот пожелал мне удачи и отправился восвояси. А за мной пришёл очередной воин в золотых латах. Он сопроводил меня на поляну богов, где уже высился Хродгейр. Он держал на физиономии каменное выражение, но я-то его знал хорошо, потому заметил чуть более напряжённо сжатые губы.
— Чего ты напрягаешься? — шёпотом бросил я ему, встав рядом. — Переживаешь, что меня могут отдать Одину, дружище?
— Всё иронизируешь? — холодно проронил тот, явно в первую очередь озабоченный тем, чтобы на пять с плюсом выполнить задание Одина.
Наши с ним взаимоотношения играли для служаки Хродгейра второстепенную роль.
— А почему бы и нет? — пожал я плечами.
— Ты в одном шаге от смерти, — напомнил асгардец, поправив повязку, скрывающую глаза.
— Я так не думаю.
— Пфф, — фыркнул Хродгейр и вдруг с кривой усмешкой сказал: — Знаешь, как связаны мои яйца и твоя голова?
— Есть кое-какие догадки, но лучше ответ услышать от тебя.
— Оди́н отрежет мне яйца, если я не принесу ему твою голову.
— Ну, тогда я дам тебе адрес хорошего хирурга. Он пришьёт обратно твои яйца, если ты быстро прибудешь к нему. Он может даже третье добавить, если у него будет проходить акция.
— Кхам! — нарочито громко кашлянул в кулак Перун, привлекая всеобщее внимание. — Итак, мы приняли решение. Локки, потомок бога Локи, ближайшие полгода будет находиться под нашей защитой со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ты услышал наше решение, Хродгейр, потомок бога Хеда?
— Да, — сказал тот, на краткий миг сжав руки в кулаки.
— Не расстраивайся. Чего ты? — с картинным тяжёлым вздохом прошептал я асгардцу. — Я понимаю, что ты старался, но давай будем честны: у тебя бы всё равно ничего не вышло. Я же потомок Локи, а не дуболома Тора. Меня так просто не взять. Но я протяну твоим яйцам спасительную соломинку… Есть разговор.
— Вы можете быть свободны! — прогрохотал Перун.
— Позволено ли мне будет переговорить с посланцем Асгарда? — вежливо спросил я.
— Мне бы хотелось осведомиться у него о делах некоторых моих родственников.
Перун разрешающе шевельнул пальцами, не обращая внимания на недовольно поджатые губы Живы. В её глазах можно было прочитать, что Локки прямо сейчас договорится с Хродгейром и за хорошую награду предаст всех нас.
Я очаровательно улыбнулся Живе и увёл Хродгейра подальше от поляны. К сожалению, мы не остались одни. Витязи стояли в отдалении. Хороший ли у них слух? Хрен их знает.
