Локки 7. Потомок бога

— А есть ли планы «Б», «В», «Г»? Вы же сами знаете, господа, что все планы хороши на бумаге, а как доходит до битвы, так всё летит Чернобогу в пасть, — хмуро проговорил я, попутно глянув на собравшихся через «Пожирателя веры».

Люди испускали туман разной насыщенности и всех цветов радуги, но чёрный отсутствовал.

Между тем главнокомандующий заверил меня, что у него есть план чуть ли не на каждую букву алфавита. И он коротко пересказал мне едва ли не каждый из них, потратив часа два. Над Пустошью, кажется, уже светать начало.

"

"— Что ж, я услышал всё, что хотел. Битва, вероятнее всего, случится в ближайшие день-два, но я уже сейчас хочу сказать вам пару напутственных слов. Вы все люди почтённые, в возрасте, но во время сражения прожитые годы покажутся вам мгновениями, будет казаться, что вы всю жизнь шли именно к этому мгновению, так что не упустите его. Станьте героями! Ведь истинное бессмертие — это остаться в памяти людей и потомков. Чтобы ваши внуки и правнуки сидели в гостиной за столом, пили чай и между делом с гордостью вспоминали, к примеру, Ивана Иваныча, который в битве при Пальцах великана отдал всё, чтобы империя одолела Хаос.

Чтобы ваши потомки росли, стараясь быть похожими на своего великого предка! Чтобы говорили: «Эх, а вот Иван Иваныч в два счёта разобрался бы с этим медведем, магом, монстром или любой другой хернёй!» — горячо закончил я и ударил ладонью по столу так, что аж карты подпрыгнули.

И признаться, речь мне удалась. Пусть она и была коротенькой, но народ загорелся. Глаза людей засверкали, пальцы сжались в кулаки, а кожа туго натянулась на играющих желваках.

Офицеров проняло, хотя, по их мерках, речь произнёс практически мальчишка, мало чего знающий о бессмертии, войне и героях.

Однако из палатки я вышел под гром аплодисментов и жаркие заверения в том, что имперцы скорее помрут, захлебнуться кровью, но не проиграют Хаосу, а вырвут ему кишки и ими же задушат его!

Солнце к этому мгновению действительно уже начало пробуждаться. Горизонт оказался окрашен бледно-алым цветом.

Нарастала жара и усиливалось марево, подрагивающее над песком.

Я потянул носом воздух и почувствовал, как ужасно смердит от пропитанной кровью и потом одежды. Аж глаза заслезились. Но у меня не было возможности переодеться. Да и времени тоже не было. Посему я наплевал на вонь и подозвал взмахом руки молоденького адъютанта, караулившего у палатки главнокомандующего.

— Милейший, ты знаешь, где обитают графиня Белова и баронесса Огнева?

— Да, Рука императора.