А я подумал, что через два года Александру придётся как-то выкручиваться из очень сложной ситуации. Он же в одночасье из крутого мага превратится в обычного. А если я к тому времени на ком-нибудь женюсь, обрасту грозной репутацией и заведу кучу врагов, то его ждут совсем непростые времена, учитывая, что прежде он был лохом. Даже немного жаль его, как и самого Громова. Возможно, стоит как-то помочь этой семейке после окончания нашего договора?
Внезапно мои мысли прогнал Апофис, выбравшийся из поясной сумки. Он глянул на меня синими глазами-бусинками и принялся летать по комнате.
— Обед, — сказал я ему и положил на подоконник кусок жареного мяса, захваченного в столовой.
Дракончик спикировал на него и принялся пожирать, жадно урча.
— Сколько же тебе нужно жрать? Жаль, что я совсем не специалист по драконам. Ну, ничего, я когда-нибудь так откормлю тебя, что ты поглотишь этот мир. Не даром же твоё имя Апофис.
Поглядев на дракончика, я вместе с едой отправил его в свою тумбочку. А то вдруг кто-то из моих соседей вернётся с тренировки раньше времени.
Хотя этого и не должно произойти.
Сам же я отправился в душ. Пробыл там четверть часа, а когда вернулся, Апофиса в тумбочке уже не оказалось.
Глава 25
— Апофис, Апофис, — зашептал я, обыскивая комнату.
Но его нигде не было. Куда же он делся?
— Апофис, — снова позвал я, вызывая мысленный образ дракончика.
Некоторые существа откликались на такой зов. Может, и дракон Хаоса способен на это?
Внезапно из пятна мрака под потолком вылетел Апофис, держа в зубах небольшую коричневую ящерицу.
Я видел таких в Пустоши. Дракончик уселся на стол и вопросительно глянул на меня. Дескать, чего звал?
— Офигеть! — удивлённо выдохнул я, уронив челюсть на пол. — Так ты, значит, не только улавливаешь мой мысленный сигнал, но ещё и умеешь перемещаться по мраку? Ты же явно был в Пустоши.
Дракончик ещё пару мгновений посмотрел на меня, а потом принялся поедать добычу. Кажется, он ничего не понял из моей речи. Видимо, пока он способен понимать лишь какие-то базовые приказы.
Я принялся экспериментировать, мысленно посылая ему простенькие команды. Но он только поворачивал ко мне голову, когда я представлял его образ, и больше ничего не делал.
— Ага, ясно, — проронил я, задумчиво потирая подбородок. — Ну хоть в любой момент смогу позвать тебя. И на том спасибо. Вот только бы научить тебя появляться в моей поясной сумке. Там ведь тоже темно.
Вот этому делу я и посвятил следующие полчаса. И у меня кое-что даже получилось.
