Бывает так, что у вас по каким-то причинам одни магические атрибуты изменяются на другие?
— В истории такое было несколько раз, когда маги проходили через аномалии в Пустошах."
"— Отлично. Тогда через пару лет Александр вроде как «пройдёт» через нужную аномалию, после чего «изменятся» не только его магические атрибуты, но и характер. Я же не могу оставить ему свою магию. У него явно откроется что-то другое.
— Ничего иного, видимо, нам не остаётся, — согласился Громов и поднял на меня хмурый взгляд: — Не расскажете, откуда у вас появились деньги на такой шикарный костюм?
— Деньги на дороге валялись.
Практически нашёл. А вот и должок. — Я вернул ему сумму, одолжённую утром.
— Надеюсь, для семьи никаких последствий не будет?
— Для семьи? Нет, — уверенно произнёс я, решив, что если кому-то и будут мстить, то лишь мне.
— Хорошо, — кивнул Громов и следом добавил: — Послезавтра в девять утра вы должны явиться в академию.
— Ладно. Расскажи-ка поподробнее об этом заведении.
Надеюсь, там есть выпивка, куртизанки и хорошая еда?
Громов мрачно глянул на меня и принялся рассказывать об академии.
Он уложился в полчаса, после чего мы вдвоём с ним плотно обедали. Лидия ещё не вернулась из храма, а Павел завис у какого-то друга.
Служанка же во время обеда бросала на меня счастливые взгляды.
А когда я переместился в свою комнату и засел за компьютер, она постоянно таскала мне всякие вкусности. То кусок пирога принесёт, то пиццу, то пиво.
А я всё ел, попутно включая «регенерацию».
Интернет же, пусть и медленно, частенько зависая, всё же дополнил мои сведения об этом мире. Оказывается, тут ещё не изобрели ядерное оружие, а среди мощных стран числились США, Британская, Российская и Османская империи, а также Китай и ещё кое-какие страны.
И вот как раз китайцы, русские, османы и Британская Индия имели выход к Пустоши, находящейся на этом континенте.
Я ещё немного посидел в интернете, а потом перешел к тренировкам, как магическим, так и физическим.
* * *Особняк семьи Долматовых
В стрельчатое окно робко заглядывал вечерний сумрак, а на столе из красного дерева горела лампа в абажуре. Её свет падал на лежащий на полу дорогой ковёр и дотягивался до висящих на стене портретов в золотых рамах. Изображённые на них бородатые мужчины высокомерно смотрели на четверых молодых людей, расположившихся в кабинете.
