Лорд блуждающих земель

— Что-то важное?

— Чувствую, что очень, — проговорил я, чувствуя, как в горле образовался ком. — Это о нас.

— Прямо о нас? — удивился Кузьмич, который смолил самокрутку, пыхая в тёмное небо облачками дыма. — А откуда о нас узнали?

— Не конкретно о нас, — ответил я. — О людях, что видели первое движение земли.

— Можешь рассказать? — попросил Стас, на лице которого я видел искреннюю заинтересованность. — Всегда хотел что-то такое услышать. Я, когда в школе учился, у нас историк был тот ещё зануда. Говорил так монотонно, что все засыпали на его занятиях.

— Конечно, — согласился я. — Никто не против?

И охотники, и боевые маги уже приготовились слушать, поэтому покачали головами. Я откашлялся и принялся высказывать свою гипотезу.

— Жили-были самые обыкновенные люди. На этой самой земле. Любили, рожали, растили и так далее. Но в какой-то момент к ним сюда приехали горы. И вот с этого момента земля стала передвигаться.

Честно говоря, это была самая спорная часть моего рассказа, потому что из другой картины выходило, что земли тут двигались всегда, сколько помнят люди.

— И вот жить стало практически невозможно. Семью могло разнести на несколько километров друг от друга, и потом им несколько дней надо было идти навстречу. А иногда они терялись навсегда, не в силах найти мужа, жену, детей или родителей, — продолжил я.

— Кошмар какой, — высказался Михалыч и глотнул что-то из фляжки.

Обычно от алкоголя морщатся, но тут всё выглядело так, словно мои спутники хлебают обычный сок.

— Не то слово, — согласился я. — Но жить так долгое время никто не хотел, поэтому начали искать выход, как с этим справиться. Молились разным богам, пытались укрепить куски земли сваями, вбитыми на десятки метров, использовали всевозможную магию, но ничего не получалось. Сваи ломались, боги не отвечали, магия рассеивалась, и всё начиналось сначала.

— Проще было уйти, — пожал плечами Глеб.

— О! Этому посвящена целая картина, — отозвался я.

— Сорок лет⁈ — изумился Кирилл. — Это же полжизни!

— Вот-вот, а то и вся жизнь. Раньше же целительская магия не была так развита, — согласился я, пытаясь представить тех несчастных людей. — Представляете, шли два поколения, и так никуда и не ушли.

— Даже представить страшно, — буркнул Кузьмич и вдохнул дым из самокрутки. — Я бы отчаялся.