Лорд, который влюбился

Проигнорировал? Серьёзно? А по их мнению мне следовало купить тортик и, как ни в чём ни бывало, заглянуть на чай?

«Но мы, в любом случае, рады, что ты нашел возможность покинуть цитадель и вырваться из своего любимого Тесгарда. Тебе давно следовало развеяться, сменить обстановку и пообщаться с кем-то кроме провинциальных… дам».

Тут я хмыкнул. Ну, отец! Ну, дипломат! Разумеется, я должен был разозлиться, но не смог – уж слишком ироничная шпилька. Прищурившись, продолжил читать – уже не о «дамах», а о более пространных вещах.

О приличиях, чести и достоинстве, долге перед семьёй и здравом смысле. Отец был на удивление многословен, и в какой-то момент даже закралось подозрение, что писал это письмо не один…

Зато в послании не было ни слова про академию Ривенстэйл, и это порадовало – значит, папе еще не доложили. Последнее не удивляло, ведь мастер-магистр Аларс не обязан ни перед кем отчитываться и преподавателей назначает сам. Однако скрывать от отца нынешнее местоположение я не собирался, и ухмыльнулся, представив как вытянется лицо лорда Варкроса.

Что ж, смейся, папа. Но ты ведь понимаешь масштабы здешней библиотеки? Понимаешь, что тут я точно найду любые сведения, какие захочу?

Дочитав письмо, я подхватил чистый лист и принялся писать ответ – в том же вежливо-ехидном тоне. Заверил, что со здоровьем всё великолепно, что последнее посещение столицы было лучшим в моей жизни, но ни оставило ни секунды на то, что бы заглянуть в фамильный особняк.

Ещё несколько абзацев про «природу-погоду», и я, словно вскользь, упомянул академию.

Мол, решил немного развеяться, временно сменить род занятий и получить новый опыт – ведь азы педагогики необходимы любому мужчине, желающему завести семью. Должен же кто-то воспитывать жену и детей. А в финале добавил: «Я помню наш разговор, отец. Ты настаивал, что мне следует пообщаться с другими девушками, не из Тесгарда. Думаю, здесь, в академии Ривенстэйл, смогу совместить приятное с полезным. Не дам благородного происхождения тут полно. Общайся – не хочу!»"

"Окинув написанное взглядом, я хмыкнул, вложил лист в отцовский конверт и активировал шкатулку. А убедившись, что письмо отправлено, поднялся из кресла и, сладко потянувшись, занялся сборами – ведь занятия никто не отменял.

Ну а покидая свои комнаты, споткнулся и замер, оглушенный внезапной догадкой. Отец. Он бы не стал обрекать меня на мужское бессилие – в смысле, ему бы в голову не пришло наказать меня подобным образом.