Рано или поздно разговор всё равно бы состоялся, другой вопрос, что не очень приятно чувствовать себя щенком, которого отчитывают за испорченную мебель. Если бы инициатором выступал я, или был готов к тому, что отец знает, всё бы сложилось иначе. Но что произошло, то произошло.
Я потянулся к крану, сделал воду похолодней и удовлетворённо фыркнул. Не успокоился, но раздражение сменилось весельем – просто вспомнилось выражение его лица.
Лорд Оруэн растерял весь свой аристократизм и едва не топал ногами от негодования.
При всём моём уважении, это было что-то. Никогда не видел его таким!
А самое, пожалуй, занятное – папе всё равно придётся смириться. Он ведь знает, что не отступлюсь, да и иного выхода, считай, нет.
Так что… смирение, лорд Варкрос старший. Смирение и ещё раз смирение.
Криво улыбнувшись, я выключил душ и ступил на мрачный, местами выщербленный кафель. Разразиться серией смертоносных заклинаний уже не хотелось, и это, учитывая древность Цитадели, где располагался штаб восточных войск, было хорошо.
Подхватив полотенце, повернулся, чтобы взглянуть в узкое окно, расположенное почти под потолком – единственное в этой ванной. Снаружи было ещё темно, хотя время точно приблизилось к шести утра. Увы, осень. Именно за поздние рассветы её и не люблю.
Я быстро вытер тело, накинул полотенце на голову, чтобы подсушить волосы, да так и замер. Просто внутреннюю сторону левой руки обожгло огнём, и это точно была магия – причём магия, не затронувшая мои щиты.
В глубине души я сразу понял, что случилось, но разум верить отказывался.
Не может быть! Это какая-то особенная скрытая атака, выполненная либо виртуозом, либо при помощи уникального артефакта. Или специфическая судорога. Или…
Сдёрнув с головы полотенце, взглянул на руку и тихо зарычал – ошибки быть не могло.
Узор! Брачный! Сложный, красивый, с указанием на то, что невеста из старинного рода и наделена магическим даром – да когда же отец такую «расчудесную» выискал?!
Но главное издевательство крылось в другом – на её гербе были незабудки! То есть, учитывая татуировку, забыть о помолвке и так сложно, а тут…
Я едва успел сжать пальцы в кулак, не допустив высвобождения силы.
Огненное плетение появилось само собой, чисто рефлекторно, как ответ на сильнейший эмоциональный всплеск.
Снова зарычал:
– Ну, папа…
В этот миг багряные линии начали таять. Я смотрел и не верил, но через несколько секунд татуировка полностью исчезла.
– И как это понимать? – буркнул я хмуро.
