Но… дьявол крылся в мелочах.
Так и големы Вавилона оказались монструозным оружием. Вся та армия изменённых, которыми гордился Данте. Все те «гориллы» и «быки», способные на равных сражаться с гвардией Спарты…"
"Не смогли противостоять броскам каменных големов. Для несущегося на высокой скорости булыжника совершенно всё равно, какой у тебя показатель Силы или Выносливости.
Череп и костный скелет у всех плюс-минус одинаково хрупкие.
Уже в первом бою Милан потерял пять десятков своих лучших изменённых и вынужден был отступать вглубь своей территории.
Бросая и эвакуируя посты добычи ресурсов, форпосты, лагеря и фермы.
Потому что големы всё теми же камнями сносили любой частокол. Разрушали любую башню, превращали в фарш любой отряд кавалерии, пехоты или стрелков.
Всё, что могли сделать силы змееглазых, — это отойти к своему полису.
Лишь каменные стены могли задержать мощь призванных существ.
И именно на них делал теперь свою ставку Милан, плюс на немногочисленные диверсии.
Пока что же Вавилон активно грабил их предместья, забирал всё сколько-нибудь ценное, мародёрствовал.
А Данте мог только отвечать комариными укусами в виде ночных вылазок «фей».
Да и всё на этом.
Милан держался. Милан сражался. Но всё же они были в первую очередь учёными, а не воинами.
И если Спарта не подоспеет в ближайшее время, то пламя войны очень скоро перейдёт под стены полиса. Чего Лорд Милана желал избежать любой ценой.
* * *— Все вниз! — рявкнул Насрулла.
И бывшие крестьяне скатились по скату крыши прямо в заготовленный заранее стог сена.
Как раз вовремя.
Бах! Бах! Бах! Бах!
Так как по крыше застучали смертельным градом стрелы и метательные копья.
Мелкая черепичная крошка посыпалась им на головы. Облачка пыли на какое-то время скрыли их фигуры от стрелков.
— Давайте! Не тормозим! Встали и бежим дальше! Иначе все здесь подохнем до одного! — рычал Насрулла.
Сердце билось о грудную клетку, точно в новенький барабан.
Пот стекал по лбу, попадал в глаза, вынуждал их постоянно протирать и постоянно щуриться.
Рубаха под кольчугой уже давно прилипла к спине, а вес доспехов ощущался раза в два большего положенного.
Война для Москвы началась относительно неплохо. Так как Леди Актриса определила ошибки прошлого и уже провела реформу в армии.
Теперь, помимо паладинов, у Москвы появились собственные солдаты. Да, не самые умелые, отбираемые среди крестьян, но зато компенсирующие малую численность самих паладинов.
