Лорнет герцогини де Рошфор

– Ну, сами подумайте: скажи я, что он меня подвозил, вы бы тут же включили меня в число подозреваемых в убийстве!

– Вот именно! Хотя… ну не думаете же вы, что это я загрызла Семибратова?

При этих словах я оскалилась и зарычала.

А потом посерьезнел и проговорил:

– Все же расскажите мне наконец, что вы видели той ночью, когда был убит Семибратов?

Ой, насмешил! Да если я начну ему рассказывать про пропавший дом и каменных собак, он меня вот прямо сейчас на машине отвезет в психушку! Нет уж, эти воспоминания я оставлю при себе.

– Да ничего я не видела! Он меня немного подвез, потом стал приставать, и я выскочила из машины…

– И куда потом побежали?

– Да никуда, побоялась оставаться рядом с машиной, со страху побежала в противоположную сторону от шоссе, упала, больше ничего не помню. Очнулась на поляне, услышала шум машин, пошла в ту сторону, села на ранний автобус, доехала до метро… А днем туда вернулась, потому что очки искала, – добавила я чистую правду, – я без очков не могу машину водить…

– И никого той ночью не видели и не слышали?

– Как-то слабо верится…

– Ладно, пока оставим этот разговор и перейдем к Кастету.

– Давайте лучше я расскажу, что мне удалось узнать в Александровском саду! Уверена, что это очень важно!

– А вам и правда что-то удалось узнать? – недоверчиво переспросил Осетров.

– Вы же видели – я гуляла с коляской, а на женщин с коляской не обращают внимания. Поэтому я смогла подойти близко и слышала его телефонный разговор.

Разумеется, я не могла сказать Осетрову, что подслушала не телефонный разговор, а мысли Кастета. Он бы принял меня за сумасшедшую, особенно если бы я заикнулась о лорнете. А я хотела, чтобы он серьезно отнесся к моим словам.

Но, похоже, даже в таком усеченном варианте он воспринял их с недоверием.

– Вы слышали его телефонный разговор? – переспросил он удивленно. – Как это вам удалось? Вы ведь все же стояли не совсем близко к Кастету, а он все же не кричал на весь сквер! И к тому же он вроде бы вообще не разговаривал по телефону…

– А у меня очень хороший слух! – ответила я на голубом глазу.

– Надо же! – Он смотрел на меня недоверчиво. – И все же… мы ведь в это время прослушивали его телефон, и он никому не звонил.

– А почему вы думаете, что у такого человека только один телефон? У него их может быть и два, и три… да хоть десять!

– Допустим.