Онлайн-библиотека книг
— Да ты не расстраивайся. Хочешь тебе соус жгучий дам? Ты им шею намажь, кожа, конечно, гореть будет, но когда вампир только коснётся губами…
— Не, — отмахнулась я. — Так можно и без кожи остаться. И где гарантия, что соус сразу подействуют, а не после того, как меня выпьют наполовину?
Мужчина задумался.
— А давай тебе корсаж на шею из гипса сделаем?
— Типа ошейника? — с сомнением спросила я.
— Типа защитного слоя, — усмехнулся повар. — Мы тебе им шею намажем, дадим высохнуть, потом покрасим, замаскируем — и готово.
Я прикинула, что всё равно терять нечего, почему бы и нет. Mожет, отщепенец себе зубы сломает и угомонится?
— А где мы гипс возьмём?
— Сварим. Из муки, — загадочно улыбнулся Луи.
Мы условились, что вернусь сюда вечером, а пока я отправилась бродить дальше.
На обратном пути я была уже более внимательна, разглядывая «дворец». А уютный у министра домик, что ни говори. Светлый, тона такие мягкие, только полы холодные, гулкие а стены — кремовые, так и хочется обнять.
Не поняла как, но очень удачно вышла в просторное помещение с белым ковром и полукруглым панорамным окном. На светлом диване расслабленно сидел министр, а напротив красавчик: тот, с аукциона! Который не крыска, а второй, пожалевший четыре ляма за меня.
— …странно, что её обескровили и выкинули в центре, могли бы спрятать тело под землю: да хоть в стоки, — говорил красавчик, похожий на Ярослава-предателя, чтоб их обоих трамвай переехал. Щуки!
— Эрик, прошу тебя умолкнуть на время.
Моё сердце грохотало в груди — и не от того, что меня спалили так просто, — а от мысли, что кого-то, скорее всего, убили и выкинули. И этот кто-то — девушка.
— Это моё скромное любопытство, — с улыбкой отозвалась я и вышла из укрытия. — А вы тут плюшками балуетесь? Кого же, интересно, прихлопнули ваши милые вампиры?
Клыкастый — тот, что «Ярослав» в кавычках, — самодовольно улыбнулся и прошёлся по мне тяжёлым взглядом, словно раздел, поимел и съел.
— Симпатичный экземпляр, — протянул вампир. — Одолжишь мне её на пару деньков?
«А ничего тебе больше в газетку не завернуть?» — возмутился голос и фыркнул. Да этот зубастый совсем ох… уху ел! Чтоб ему костями моими подавиться.
Я натурально начала рычать и скалиться.
