И это прекрасно! Лучше расслабься и наслаждайся.
– Ты заставил этого парня вонзить себе в глаз ручку.
Ворчливо и неохотно, но все же лучше, чем ничего. Ветер сорвался с цепи, пикап занесло, и мистер Грей завертелся вместе с ним, отчаянно цепляясь за руль руками Джоунси. Видимость была почти нулевой, пришлось сбросить скорость до двадцати миль в час, и, вероятно, лучше всего остановиться и переждать немного, но это – когда он выберется из капкана Курца. Ну а пока можно скоротать время за болтовней с хозяином.
Сомнительно, что удастся выманить Джоунси из комнаты, но отчего бы не потолковать по душам?
– Пришлось, приятель. Мне понадобился грузовик. Я последний из всех.
– И никогда не проигрываешь.
– Верно, – согласился мистер Грей.
– Но в такую ситуацию еще не попадал, так ведь? Никогда не сталкивался с невозможностью добраться до кого-то.
Кажется, Джоунси над ним издевается? Мистер Грей ощутил вспышку гнева. И тут Джоунси сказал то, о чем мистер Грей уже думал.
– Может, тебе стоило убить меня в больнице.
Или это был всего лишь сон?
Мистер Грей, не совсем понимая, что такое сон, не потрудился ответить. Он и без того медленно накалялся яростью. Еще бы! Получить на руки мятежника, забаррикадировавшегося в том, что к этому моменту должно было стать разумом мистера Грея, и только мистера Грея. Прежде всего он терпеть не мог думать о себе как о «мистере Грее», он вовсе не представлял себя подобным созданием, частью разума которого успел стать. Мало того, ему даже не нравилось определять себя словом «он», поскольку мистер Грей был двуполым и одновременно бесполым.
Однако отныне «он» и «мистер Грей» неотделимы от него, и так будет, пока сердцевина сущности Джоунси останется незавоеванной. И тут ужасная мысль поразила мистера Грея: что, если его представления о себе и окружающем мире бессмысленны?
Он ненавидел сложившуюся ситуацию.
– Кто такой Даддитс, Джоунси?
Нет ответа.
– Кто такой Ричи? Почему он был дерьмом? Почему ты убил его?
– Мы не убивали!
Легкая дрожь в мысленном голосе.
Ага, выстрел попал в цель. И еще кое-что интересное: мистер Грей сказал «ты», а Джоунси ответил «мы».
– Почему же, убил. Или думаешь, что убил.
– Это ложь.
– Как глупо все отрицать, ведь передо мной твои же воспоминания. Вот они, в одной из этих коробок. В ней снег. Снег и мокасин. Коричневая замша. Выйди и посмотри сам."
"На какое-то головокружительное мгновение он и впрямь вообразил, что Джоунси поддастся на уговоры.
