Может, снова рискнуть назвать его «павлином»? Глядишь, он к активным действиям быстрее перейдет и перестанет терзать мое и без того разгоряченное тело.
Еще остатками сознания понимаю, что пора брать инициативу в свои руки – усаживаюсь на столе, обхватываю Рому ногами за бедра и начинаю процесс раздевания парня – спортивная кофта, футболка, а дальше…. Плоский накачанный живот, к которому нереально хочется прикоснуться. Не только пальцами, но и губами.
И я касаюсь, не стесняясь своих желаний, вызывая у Валевского грозный рык и не менее грозное:
– Карина! Я сейчас взорвусь нахрен.
– Взорвись, – нагло провоцирую парня, продолжая над ним издеваться, проводя языком от ключицы к шее и наоборот, распаляясь от своих действий ещё сильнее. Ну же, милый, взрывайся скорее!
А то мы и до второго пришествия не приступим к самому главному!
Рома фыркает, отодвигаясь от меня, достает из кармана контрацептив и, пока занимается своим делом, я резко тяну за резинку штанов и боксеров вниз. Иначе сейчас тресну его чем-нибудь тяжелым, чтобы не тормозил.
От крышесносного секса с Валевским на столе сносит не только крышу, но и все остальные части тела, включая сознание и рассудительность. Да так сильно, что отключившийся от работы мозг забывает про намерение и желание послать Рому нахрен.
Не пошлю. По крайней мере, пока. Мне с ним так хорошо, что я бы не против повторить все это завтра еще разочек.
Или два…
Хотя, может, и три!
Чувствую, влипну я со своими желаниями, которые до добра не доведут.
Главное, Валевскому раньше времени не проболтаться, что второй раз в него влюбилась. Зачем, спрашивается, я это сделала? Когда уже повзрослею и начну отделять желания с эмоциями от чувств, не смешивая все до кучи?
И когда одеваюсь, подбирая с пола свою разбросанную одежду, искоса наблюдаю за Ромой – заправляет футболку в штаны, натягивает через голову спортивную кофту и поворачивается ко мне лицом.
Блин, точно павлин – лишил мой взор такой красоты! Мышцы на спине перекатываются, упругая пятая точка так и манит шлепнуть по ней, а желание снова отдаться Валевскому прямо здесь и прямо сейчас растет в геометрической прогрессии.
– Может, повторим? – он игриво интересуется и улыбается, глядя, как я медленно натягиваю футболку через голову, а затем поправляю хвост, который, кстати, с трудом похож на какую-либо прическу.
– Нахрена тогда было одеваться? – не могу сдержаться, чтобы не подколоть его снова и снова.
