Его забота умиляет, не только на словах, но и на деле – особенно поразило платье, которое парень заказал специально для меня. У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела подобную красоту: длинное в пол черного цвета, с открытой спиной и расшитое стразами по всей длине. Сомневаюсь, что в подобных нарядах ходили барышни в тридцатые годы, но мне наряд безумно понравился. Интересно, сколько Рома за него отвалил?
Вчера, когда я задала этот вопрос, перед этим на время обомлев от подобной красоты, Валевский ехидно прищурился, пару раз картинно фыркнул в ответ на мои вопросы, заданные в ультимативной форме, а после затащил меня в ванную, не желая, как он выразился, заниматься подобной ерундой, как обсуждать наш семейный бюджет.
После его слов я обомлела повторно, потеряла дар речи и даже на какое-то время замерла на месте, чем этот негодяй и воспользовался. Мужские руки бессовестно скользили по моему нагому (к тому моменту я даже не поняла, как осталась без одежды) телу, губы ласкали и щекотали кожу в районе шеи, а мысли, которые буквально какую-то минуту назад не желали верить в происходящее, разбежались в разные стороны.
– Я так и не поняла насчет семейного бюджета, – я решила еще раз поднять эту тему, когда мы с Ромой уже укладывались спать. Он уткнулся носом в мою шею, зарывшись в волосы, и делал вид, что активно сопит, видя десятый сон. – Эй, я к кому обращаюсь? – толкнула его легонько локтем в живот, однако в ответ услышала лишь какие-то нечленораздельные звуки.
– Какое из этих слов тебя смущает? – проворочал, сильнее дыша мне в затылок, а после и дотрагиваясь туда губами, от чего желание спать пропало напрочь.
– Ну, как бы, – я так и не смогла до конца сформулировать свою мысль, поэтому закончила кратко: – Не знаю.
– Вот когда узнаешь, тогда и поговорим, – Рома сильнее притянул меня к себе и выдал тоном, не терпящим возражений: – Спи давай, а то завтра будешь, как вареный рак.
Еще позавчера я перевезла свои вещи домой – минут пять стояла посреди спальни моего любимого мужчины в особняке его родителей, где была так счастлива, и тяжело вздыхала, над чем Валевский лишь посмеялся.
Два раза демонстративно закатил глаза и замотал головой из стороны в сторону, не желая даже понимать мою ностальгию по этому месту.
С ним столько всего связано!
– И ничего смешного не вижу, – я забросила в сумку последнюю кофточку и резко застегнула молнию, переводя взгляд на парня.
