Ловелас в законе

— Слушай, а может, ты боишься? — спросил Стас, бросил чемодан на землю и полез в карман за сигаретами.

— Нас. Вдруг мы тебя ограбим?

— А мы ограбим. Если боишься. Страх, он ведь похож на сыр в мышеловке. У нас машина, нам ночь поможет.

— Это угроза? — спросил Никита и тоже опустил поклажу на землю.

— Понимай как хочешь. Можешь меня грохнуть. — Стас щелкнул зажигалкой.

— Вот и я тебя не могу. Тебе ведь надо просто с Дашей поговорить. Вот и все.

— Давай так. Я отдам тебе пол-лимона, и мы с Вероникой спокойно уедем отсюда.

— Никита, ты псих! — выкрикнула Вероника, оттолкнула его, встала между ним и Стасом. — Никто ни о чем не договорился!

— Слово уже сказано, — заявил Стас.

— Никита, скажи ему!

— Я сам скажу, что пошутил. Гнаться за вами никто не станет. Если только Саша Перекатников не растормозится. Ты сам от него отобьешься? — спросил Стас и пристально посмотрел на Никиту.

— А мы точно отобьемся. В тачке у нас два ствола… Один тебе отдам. Или ты все равно боишься?

— Ника, он тебя уже бросал? — насмешливо спросил Стас.

— И не раз! — Вероника не смогла отбросить в сторону обиду.

— И не боялся. А Дашу мою боится. Хочет с ней когда-нибудь потом встретиться.

— Когда именно? — Вероника нахмурилась.

— Ну, потом, где-нибудь вдали от тебя. Заодно и развлечется с ней мимоходом..

— Никита, не нужно ни с кем встречаться.

— Вот и я говорю, что нужно решить вопрос прямо сейчас, — сказал Стас.

Никита снова глянул в сторону стоянки. Фуры там за оградой, фонари горят, синие с белым домики-модули вытянулись в длинный ряд.

— А утром мы уедем, — сказал Никита.

— Ну, если Перекатников не нагрянет, то не вопрос, — заявил Стас.

Никита усмехнулся. Как это ни странно, но Сашу он боялся меньше всего.

Стас взял чемодан, направился к дороге, набрал ход, но вскоре притормозил, и Вероника поравнялась с ним.

— Профилактика твоему Никитосу нужна, — благодушным веселым тоном сказал он. — Извинится перед Дашей, после этого с тобой не разлей вода будет. Ты согласна?

— Да, хотелось бы. — Вероника крепко прижимала к себе сумку, как будто боялась, что Стас вырвет ее.

— Мы, мужики, такие. Было у меня тут как-то, залетела одна, родила. Спрашиваю, что я, мол, тебе такого плохого сделал? Как это что? Ребенок у меня от тебя! В смысле, у нее.