Ловелас в законе

Когда Трэш открылся, он ударил его в горло согнутыми пальцами.

Трэш глянул на Никиту с болью и самым искренним удивлением. Похоже, он всерьез считал, что дерется не с человеком, а с полудохлым зомби. Удар в горло заставил его всего лишь попятиться. Но Никита добавил ему кулаком под нос, ломая и смещая хрящи.

Трэш поплыл. Яшин ударил его пальцами по глазам, а потом снова в нос, на этот раз локтем, в сближении.

Трэш упал, но Никита уже просто не мог добить его. В голове парня сиреной взвыла боль, она с треском отделилась от тела.

Резкое или просто неосторожное движение могло лишить Никиту равновесия. И как ему подняться, если голова останется висеть в воздухе?

Трэш лежал, конвульсивно дергая ногой и рукой. Яшину казалось, что он пытался подняться, но не находил сцепки с замлей.

— Эй, что за дела? — спросил Стас, озадаченно глядя на него.

— Трэш, братуха! — Угар бухнулся на колени перед дружком, схватил его за дергающуюся руку.

— А если ты его убил? — Стас хищно сощурился.

Никита пытался, но не мог сфокусировать на нем взгляд.

Он думал о том, как удержаться на ногах. Голова его висела где-то высоко над телом, в удушающей петле.

— Он его убил, — заявил Угар.

Тут вдруг откуда-то появилась Даша.

Он не смотрел в ее сторону, но понимал, что она подходит к нему все ближе и ближе.

— Он Трэша убил, — заявил Угар.

— Я же вам говорила, а вы не верили, — сказала Даша, ухмыльнулась и тут же добавила: — Значит, на троих все поделим.

— На троих? — Угар задумался.

— Что-то я не понял, на тебя что, жаба напала? — ехидно спросил Стас.

Он явно был под воздействием наркоты, взгляд пустой, дурной. Здравый смысл приказал долго жить.

— На меня?! — встрепенулся Угар.

— Стоишь, бабки чужие считаешь. За кореша спросить не хочешь? — Стас кивком показал на Трэша, перевел взгляд на Никиту.

— Какая волына? На кулачках давай!

— Так он же… — Угар всполошенно глянул на Никиту.

Яшин усмехнулся. Голова на место вернулась еще не совсем, на ногах он держался не очень хорошо, но свое тело уже чувствовал и вполне мог постоять за себя.

Похоже было на то, что Стас решил избавится от Угара чужими руками. А вдруг Никита еще способен нанести смертельный удар? Трэш уже не в счет, а если избавиться еще и от Угара, то четыре лимона можно будет поделить всего на двоих и оставить в одной семье.

— Давай-давай, — подзуживал Угара Стас. — И за Трэша спросишь, и за себя ответишь.

— А кто Нику пользовал?.. — Стас говорил нарочно громко, чтобы Никита услышал и был злее.