Ловец магических животных (СИ)

Молча приземлились на противоположном от Зизи краю стола, молча опустили клювы в поставленные для них плошки с водой и крошками булки.

— Водочки накапать? — сочувствующе, но с лёгкой толикой насмешки спросил Сет.

Птицы гневно зыркнули, полыхнули огнём, но выдохнули и поникли. Феникс-отец с отвращением отодвинул еду, которая сейчас упорно не лезла в клюв, тяжко вздохнул:

— Как другие детей растят, а? Взаперти их держат, что ли?

— Не надо было так близко к границе селиться, но ты ж заладил своё: тихий район, неконфликтные соседи, древнее гнездо рода, — передразнила мужа феникс-мама.

— Всё хорошо, что хорошо закончилось, — примирительно заметил Сет, — летите спать, только ставни на чердаке закройте, чтобы свечение ваше с улицы не видно было.

Фениксы упорхнули, а Сет направился в кабинет, прихватив с собой подсвечник: по причине закрытых ставней в комнате царила темнота. По полу мотались клубками пух и перья, а птенцы оказались вновь заперты в клетке, в которой их принесли от Хайдука. Сбившиеся в один комочек потрёпанные фениксы еле-еле светились и жалобно зачирикали при появлении ловца.

— Не надо доводить родителей до белого каления. — С этими словами Сет вытащил из кармана горсть зерна и щедро сыпанул его на пол клетки.

— Ты тоже на нас сердишься? — запищали птенцы.

— Да, но моя злость станет меньше через год, когда я полюбуюсь на ваше ритуальное самосожжение.

— Ваши предки как-то обходились без посторонней поддержки, — пожал плечами Сет, направляясь к выходу под истошные протестующие вопли птенцов.

В гостиной троица вампиров играла в карты с саламандрой. Саламандра проигрывала всухую, злилась, но никак не могла подловить противников на жульничестве. Ловца позвали присоединиться к игре, но Сет со смехом отказался, устраиваясь в уютном кресле и намереваясь отдохнуть после трудного дня. Фредо, заглянувший в гостиную, высказался в том ключе, что глупость не знает преград и свойственна существам всех биологических видов, даже огненным саламандрам.

— Играть с вампирами — сущая нелепость, — воззвал к благоразумию саламандры мальчик.

Рептилия раздраженно отмахнулась от него лапой, и Фредо пошёл наводить порядок в кабинете, забрав со стола подсвечник. Воровски прикрыв за собой дверь, он вытянул из-за пазухи два кекса и хотел разломить их, когда заметил остатки рассыпанного в клетке зерна.