Я, как только поняла, о чем это, сразу отвернулась — вы нас предупреждали, что нельзя.
Брайтман задумчиво кивнула:
— Понятно. Мисс Туччи, вы не могли бы минутку подождать в коридоре?.. — И, закрыв за ней дверь, обратилась к нам: — В заголовке вся суть, не так ли?
Ройс молчал. Не знаю, что он думал и анализировал ли вообще психологию запасной коллегии. Я взял слово:
— На мой взгляд, ваша честь, ущерб имеется. Она в курсе, что один процесс уже был, а любой, кто хоть мало-мальски знаком с судебной системой, знает, что оправданного второй раз не судят.
Значит, Джессап был осужден, что говорит в пользу обвинения. Думаю, справедливость требует удалить мисс Туччи из коллегии присяжных.
Брайтман кивнула.
— Мистер Ройс?
— Я согласен с мистером Холлером по поводу ущерба, но не по поводу требований справедливости. Он просто надеется заменить мисс Туччи на кого-то из своих кандидатов-святош.
Я едва не рассмеялся.
— На это я даже не буду отвечать. Впрочем, если угодно, можно и оставить.
— Насколько я поняла, мистер Ройс разделяет ваше мнение, — подвела итог Брайтман.
Она открыла дверь и пригласила Туччи.
— Мисс Туччи, от души благодарим вас за открытый и честный поступок. Вы можете вернуться в комнату присяжных и забрать свои вещи.
— Это значит…
— Да, мисс Туччи, к сожалению, нам пришлось освободить вас от обязанностей присяжного, поскольку вы теперь знаете, что мистер Джессап уже состоял под судом по этому обвинению, и это может повлиять на ваше решение.
Вы можете идти.
— Мне очень жаль, ваша честь.
— Мне тоже очень жаль.
Туччи вышла из кабинета с таким видом, будто ее саму обвинили в преступлении. Брайтман повернулась к нам.
— По крайней мере, — вздохнула она, — это немного дисциплинирует остальных… Мы остаемся всего с пятью запасными, хотя еще толком не начали — зато теперь ясно видно, как пресса может повлиять на исход процесса. Я непременно прочту эту статью, и если обнаружу, что в ней цитируют кого-то из здесь присутствующих, буду крайне разочарована… а те, кто меня разочаровывает, обычно терпят крайне неприятные последствия.
— Ваша честь, — сказал Ройс, — я прочитал статью сегодня утром. Никто из нас по имени не упомянут, но автор цитирует анонимный источник, близкий к стороне обвинения, — думаю, вам следует об этом знать.
Я презрительно фыркнул.
— Один из самых старых адвокатских трюков — сговориться с репортером и спрятаться за его спину.
