Она заерзала на стуле, готовясь встать и сказать ему, что ей пора идти.
– Я подвезу вас до квартиры, – сказал он, угадывая ее мысли. На ее возражения он сказал твердо, что сейчас слишком жарко, чтобы толкаться в общественном транспорте, и Грейси беспомощно согласилась. Его машина стояла в подвальном помещении служебного здания, и они пошли туда пешком, болтая на безобидные темы.
Она искоса взглянула на его мужественное агрессивное лицо и попыталась не замечать трепета в груди, возникшего от перспективы оказаться в квартире наедине с ним.
Она вспомнила, как разволновалась, когда он посетил ее в Лондоне. Это было несколько недель тому назад. Теперь же ей действительно предстоит испытать всю силу его опасного мужского обаяния.
Он был прав. Она чувствовала себя роскошно, когда ехала домой в прохладе его комфортабельного спортивного автомобиля, утопая в глубоком мягком из коричневой кожи сиденье, которое обволакивало ее со всех сторон.
Дом, в котором она жила, находился в прекрасном месте – между улицей Сентрал-Парк-Вест и Бродвеем, в нескольких минутах ходьбы от Линкольновского центра и Центрального парка.
У Грейси выработалась привычка в субботу утром бродить по Центральному парку среди пестрого сборища людей – пожилых, сидящих на парковых скамьях, молодых и энергичных, разъезжающих на роликовых коньках по прогулочным дорожкам парка с портативными магнитофонами «уок-мэн», пристегнутыми к поясу как неотъемлемая часть туалета, и наушниками.
Когда длинный серебристого цвета автомобиль остановился перед зданием, Морган, как она и предполагала, спросил:
– Вы не возражаете, если я зайду на чашку кофе? За это время интенсивность движения транспорта немного спадет.
– Конечно нет, – пробормотала Грейси, думая о том, как мало она может сделать, чтобы не пустить его в дом, когда этот дом, черт бы его побрал, является его собственностью. Но от этого ей было не легче, пока она шла по коридору, устланному толстым ковром, к своей двери, а Морган следовал за ней в тесной близости, лишая ее душевного спокойствия.
Когда они вошли, солнечные лучи все еще струились в большие окна, выходившие на оживленную улицу, и ее снова, в который уже раз, поразила очаровательная обстановка ее квартиры.
Осветительные приборы в небольшом, но уютном уголке для бесед в гостиной были матовые – зеленого и розового цвета. Казалось, что они поглощают свет и одновременно отбрасывают его назад, в результате комната выглядела незагроможденной и просторной.
