– Повелительные раскаты в его голосе не оставляли у нее ни малейшего сомнения в том, что, каков бы ни был характер несчастного случая, он ничуть не отразился на его способности командовать и вести себя агрессивно.
Она чувствовала, что его энергия передается ей по проводу так же ощутимо, как если бы он стоял перед ней.
– Если вы скажете мне, что надо сделать, я уверена, что управлюсь здесь. Я имею более или менее четкое представление об этом деле…
– Не говорите глупости! Немедленно давайте ко мне.
Адрес найдете в черной тетради в верхнем ящике моего стола. – Он опустил трубку, и Грейси вздохнула.
Она печально вспомнила, что мистер Коллинс никогда не бросал трубку, разговаривая с ней. Да и не пользовался он выражениями, в которые не входили бы непременно такие слова, как «пожалуйста» и «спасибо». Очень скоро, когда она придет в себя, то начнет тосковать по таким мелочам.
Грейси не надо было искать адрес Моргана в черной тетради. Она знала, где он живет. В разговоре с ней он однажды мельком назвал своей адрес, а она запомнила его и сохранила в своей памяти.
Его квартира находилась рядом с Пятой авеню, и он пользовался ею в будние дни. Она также смутно представляла себе, что где-то на Лонг-Айленде он имеет большой дом, где проводит отдельные субботы и воскресенья и время от времени принимает гостей.
Таковы, подумала она, садясь в такси и наблюдая в окно за проносящимся мимо миром, причуды миллионера. Она усмехнулась и задумалась: а что, интересно, происходит в ее собственной квартире в Лондоне? Она знала, что арендные платежи поступают исправно.
Агенты по недвижимому имуществу, при посредничестве которых была сдана ее квартира, регулярно информируют ее об этом. Однако они не могут ей сообщить, регулярно ли моется ванна и размораживается ли холодильник. Две студентки финансового института производили хорошее впечатление, но кто знает?
Грейси нажала на кнопку звонка у входной двери и стала ждать. Она собрала все относящиеся к делу документы в один из портфелей, хранившихся на работе, который стал таким тяжелым, что она, ожидая, поставила его на пол.
Когда дверь открылась, она нагнулась за ним, и ее глаза раскрылись от ужаса, увидев перед собой оголенные загорелые ноги. Ее взгляд метнулся вверх, и она увидела с растущим беспокойством, что на Моргане были только шорты и зеленая, как маслины, хлопчатобумажная майка. Лодыжка его левой ноги была слегка припухшей.
