Алике привстала и обратилась к ней:
– Я надеюсь, он не говорил вам, почему подбирает к себе на службу самых простеньких девушек?
Грейси посмотрела в ее холодные голубые глаза, похожие на льдинки, и с тревогой почувствовала, какую сильную неприязнь они излучают.
– Нет, – ответила она, надеясь, что односложный ответ заставит Алике заткнуться.
– Это из-за того, что однажды ему сильно не повезло с одной секретаршей. Он в шутливой форме рассказывал мне об этом случае, но я видела, что он очень серьезно смотрит на такие вещи.
По-видимому, глупая молодая девушка влюбилась в него. Представляете? – Алике засмеялась, но глаза ее по-прежнему были прикованы к лицу Грейси. – Он сказал мне, что после этого случая он принципиально решил брать на работу женщин постарше, предпочтительно замужних. Видите ли, он против служебных романов.
Алике вытянулась на лежаке во всю длину, и на этот раз торжествующая улыбка на ее лице была подлинной.
Грейси почувствовала, что ее лицо побелело. Она вскочила на ноги так внезапно, что ей почудилось, что земля уходит у нее из-под ног.
Слова застыли в горле. Она пошла прочь и оказалась на кромке бассейна, затем, не раздумывая, бросилась головой вперед и почувствовала, как прохладная вода обтекает ее тело. Ну что же, подумала она, Алике все ей рассказала, не так ли?
Глава 5
В течение всего оставшегося до конца уик-энда времени стояла солнечная погода. Грейси купалась и беседовала с гостями, полностью игнорируя Алике и стараясь всеми силами избегать Моргана.
Ей не терпелось скорее возвратиться в свою квартиру на Манхэттене. Нужны были покой и тишина, чтобы собрать свои мысли в какую-то видимость порядка.
Всякий раз, когда она вспоминала свой разговор с Алике, ей хотелось, чтобы земля разверзлась под нею и поглотила ее. Она позволила себе увлечься Морганом Дрейком, не замечая тревожных сигналов, посылаемых разумом, а ее чувства были, наверное, гораздо более заметны, чем она думала, иначе зачем бы Алике стала предостерегать ее?
Она знала, что свои колкие замечания Алике делала вовсе не из благожелательности, но, с другой стороны, зачем ей надо было делать их вообще, если бы чувства Грейси к Моргану не были написаны у нее на лице?
Грейси всегда стояла на обочине жизни, наблюдая, как ее сестра от одного мимолетного увлечения переходит к другому, и была уверена, что если бы что-либо подобное произошло с ней, то в основе такой связи лежало бы гораздо более постоянное и практичное чувство.
