Это невозможно! Я даже не слышал, что кто-то так может... Нет! Та полуголая девица в доме Мора исчезла точно так же. Выходит, Мерцана - ведьма? Мор назвал свою гостью раганой.
- Она отказалась от дара, - вспомнил я слова бабки Мерцаны из больницы. - Значит, Мерцана та, что отказалась от судьбы. Четвёртая.
Листы снова зашуршали, я ожидал: что еще покажет мне книга. Но опустившиеся листы оказались совершенно чистыми. Темноту прорезала полоска света, я оглянулся. Дерево выпускало меня, чем я быстро воспользовался.
Свежий ветерок и теплое солнышко.
Так мало, чтобы понять. Но достаточно, чтобы не сойти с ума. Оглядываюсь на дерево. Хочется проверить, действует ли сейчас сила указательного пальца. Погрозил пальцем и удовлетворённо проследил за кругами. Магия не исчезла.
И если всё это - волшебство, то не было никаких месяцев, а тем более, лет. В тот миг, когда мундштук упал на книгу в доме Мерцаны, я переместился в тело малолетки. И, если верить книге из дерева, ещё и оказался в прошлом. Интересно, насколько в прошлом?
Может, еще не было того рокового дня, поэтому и дерево живое.
По коже побежал озноб. А может, нет еще и меня? Как определить, в каком я времени? Спросить у книги? До сих пор ответы мне не особо помогали, да и ответами их не назовешь. Но другого выхода нет... Эх, лишь бы потом найти выход из дерева.
- Серёжа! - слышу я знакомый голос. - Сережа!
Я удивлённо оглядываюсь. Ко мне со всех ног бежит девчонка. На ней нелепая курточка, спутанные волосы и пятна грязи на ногах. Это Шайри? Не может быть! В моей памяти девушка всегда свежая, с настроением лёгким, как облачко.
Запыхавшаяся девчонка подбежала и уткнулась лицом мне в плечо. Странно, она словно бы выросла. И, тем не менее, мы в прошлом. Ах да, я же в теле подростка.
- Серёжа, как я рада! - едва переведя дыхание, слабым голосом произнесла Шайри. - Ты не представляешь, как я рада! Я - снова я. Это замечательно! Быть собой - прекрасно...
- Не представляю, - саркастично хмыкнул я. - Ведь я - это не я, а какой-то...
даже не знаю кто. Сережа, говоришь? Ну, пусть будет Серёжа, какая разница.
Шайри затаила дыхание, внимательно посмотрев на меня. Потом улыбнулась:
- Ты всегда такой замкнутый. Никогда не показываешь своих чувств. Впрочем, таким ты мне и нравишься!
- Понятно, - недовольно буркнул я.
Мне, действительно, стало чуть более понятно. Не так далеко меня откинуло, сейчас осень, которая пришла как раз после того безумного лета. Я, стало быть, еще в коме... то есть тело моё.
