Ловушка для стервы

Он нашел где-то упаковку сильных таблеток и запил их бутылкой водки. Его тогда еле спасли. Если бы я пришел на полчаса позже, его бы уже не было. Он меня даже ненавидел сначала за то, что я его спас, — вот это да. Такого я не знала. Это многое объясняет.

— И как ты его вернул к жизни? — спрашиваю я.

— Я не вернул. Он сам в какой-то момент ухватился за идею помогать больным раком. Познакомился в больнице с одной больной девочкой и решил ей помочь. Так все началось. Мы начали развивать бизнес, а Егор еще и благотворительность.

Все силы бросали туда. Ты ведь знаешь, что Егор владеет фондом, помогающим больным раком?

— Если честно, что-то слышала, но значения не придала.

— Да. Сейчас еще мы достраиваем большой медицинский центр. Туда вложено много сил. Егор последние десять лет жил этим проектом, но Алену — его жену, он так и не смог забыть. Везде и всегда с ним были ее фото. Женщины в его жизни не занимали особого места. Он никем не увлекался. Все больше жил, как отшельник, достроил дачу, и все свободное время пропадал там.

Я думал, это не изменится никогда. Первое время я пытался его расшевелить, познакомить с кем-то, потом перестал. Все равно бесполезно, — я слушаю, пребывая немного в шоке. А Костя продолжает:

— Вероника первая женщина за десять лет, на которую он обратил внимание, которую он снова полюбил. Понимаешь? Она вернула его к жизни, воскресила того Егора, которого я не видел уже много лет. Если она не выберется, он погибнет тоже. Второй раз он этого не переживет.

— Поэтому ты просил Борисыча присматривать за ним?

— Да.

Борисыч знает его давно. Еще при болезни Алены. И потом много помогал нам, а мы ему.

— Давай надеяться на лучшее. Вероника должна жить. Ей тоже много досталось в этой жизни. Она заслуживает счастье.

— Да. Егор тоже его заслуживает. Он для меня всегда был примером. Они были идеальной парой с Аленой. Когда-то я мечтал о такой же семье, — Костя вдруг смотрит на меня, — раньше я не понимал, как можно так любить. Как может чужой человек стать настолько дорогим, — делает паузу, — а сейчас понимаю.

Дыхание у меня сбивается. О чем это он. Костя продолжает держать меня взглядом. Приподнимается, нависая надо мной, делает паузу и произносит, как будто собравшись с духом:

— Я не говорил тебе, потому что думал, ты не поверишь. А сегодня, глядя на Веронику, подумал, что могу не успеть сказать. Ведь всякое может случиться. Я люблю тебя. Поняла?

Я киваю.

— Не веришь? Это не просто три слова. Не пустой звук.