И меня прошибает, пока Тимур подкручивает музыку на магнитофоне."
"Лана не просто заслуживает лучшего. Она может это получить. И я обязан постараться ради неё. Разобраться со своими тараканами, рубануть правду. Убедиться, что девушка всё понимает.
Я умираю, десять лет — максимум. А Лана начнёт жалеть намного быстрее, я уверен. Когда мозги начнёт коротить, когда забуду, как выглядит моя мышка и ребёнок. Когда забуду, кто мне кофе готовит.
Хрень, а не жизнь. И девушка точно не должна с этим связаться. Сколько ей тогда будет? Двадцать три? Двадцать пять в лучшем случае.
А у неё старик, на восемнадцать лет старше. Так ещё и с мозгами старика — хорошо если чудить не начну, а просто зачахну.
— Че грузишься? — Тим открывает окно, закуривает. — В ресторане я людей своих поставил, не пострадает твоя девушка.
— В любом случае пострадает.
— Ой, если ты с загонами по поводу смерти — я тебе не Катрин. Меня этим не возьмёшь, Тигран. Ты, зато, свой срок точно знаешь. Мы с Тимом вот на мине чуть не подорвались когда-то.
И ничего, живём. А завтра можем умереть. Это всё эфемерно и запутанно, это просто жизнь.
— Только ты умрешь и всё, закончилась история. А со мной возиться придётся, страдать. Понимаешь? Не одно и то же.
— Ок, другой пример. Если ты в аварию попадешь, овощем станешь? Думаешь, Лана бы тогда отказалась?
— В том и дело, нет. Она свою жалость включит, рядом будет. А потом проклянет. Понимаешь? Я этого больше всего не хочу. Пусть ненавидит, что я мудак и на аборт отправил. Или что бросил.
Или не развелся и ей жизнь испортил, как все мужики. Но это — ладно.
Но если Лана просто проебет свои лучшие годы, чтобы оставаться со мной рядом… Не уверен, что смогу это пережить. Знать, что возненавидит за то, что я такой, умирающий. Что за мной ухаживать нужно будет, как за немощным. Что не вспомню ничерта за прошлый день, а мозги иссохнуть.
Я видел, как это происходило с отцом. Как из взрослого мужчины он чах, загибался. Как от отца — любящего машины, считающего в уме, помнящего состав футбольных команд — ничего от него не осталось.
Ноль.
Никакой индивидуальности.
Только Лана не моя мама, на самом деле. Лана не уйдёт, когда станет не в моготу. Будет до последнего рядом, моя любимая и смелая мышка. Мне кажется, даже когда забуду собственное имя — буду помнить её взгляд.
Сладкий запах духов.
Тихое обиженное сопение.
Она мне под кожу пробралась. Малолетка, которая вроде ничем от других не отличалась. Помощница просто, а дыхание прерывало.
