Мне оставалось лишь устроится рядом на больничной койке и слушать непонятные термины. И очень много ругани.
— Ой-ой! Черт.
Оборачиваюсь, слыша русский язык. Молодая девчонка роняет половину коробок на пол, хмурится. На ней костюм, как у местных работников, но кажется слишком молодой для работы в таком месте.
— Помочь? — наклонятся я уже не могу, но забираю часть коробок себе. — Ты здесь работаешь?
— Помогаю, — у девочки брекеты и две тугие косички. Она, не думая, падает на колени и собирает всё своё богатство. — Спасибо.
Ой, а вы говорите на русском. Вы из России?
— Да.
— Здорово. Я уже устала от английского и испанского. Я, кстати, Соня.
— Лана, очень приятно. Давай помогу отнести всё. Хоть ничего не разбилось?
— Нет, это перчатки и всякие расходные материалы. Мне нужно их разнести по кабинетам, чтобы не закончилось во время приема.
Соня много болтает и улыбается без перестану. Забавная девчонка. Странно, на самом деле. У нас разница года три-четыре, но я чувствую себя намного старше.
Наверное, это случается, когда ждёшь своего ребенка.
Молниеносно взрослеешь, особенно с нашей ситуацией. Но это хорошо, в какой-то мере. Я чуть по-другому смотрю на мир. И не столь категорична.
— А вам хоть не сложно? — Соня кивком указывает на мой живот, выпрыгивая из очередного кабинета. — А то я вас так заняла…
— Давай на ты, мне всего восемнадцать.
— Да? Ой, я думала ты старше. То есть… Не из-за внешности, просто беременность… Прости, я говорю глупости. Выпила с утра пару кружек кофе и, — взмахивает рукой, смеясь.
— В общем, теперь у меня гиперреактивность. А ты здесь наблюдаешься?
— Нет, мой муж на операции.
— Мне очень жаль! А я тут с перчатками… Прости.
— Нет, ты меня отвлекаешь. Я бы всё равно болталась, как призрак в ожидании. Не могу уехать домой, не могу спокойно ждать. От меня ничего не зависит, но…
— Я понимаю. Ну не совсем, но я когда сдаю контрольную работу — всё ведь сделала, а до результатов нервничаю. Прости, это нельзя сравнивать.
— Да нет, похоже, ты права.
Соня заканчивает свой обход, а я снова узнаю у администратора последние новости.
Их нет. И это тоже хорошо, значит, всё идет по плану. Бедная девушка, наверное, проклинает меня за настырность.
Но пусть лучше молится на Соню, которая утаскивает меня в кафетерий. Говорит о том, что мне нужно правильно питаться и стресс вреден для ребенка. А я не спорю, мне очень нужно отвлечься.
— Так, а чем ты тут занимаешься? — болтаю трубочкой в молочном коктейле, рассматривая девушку.
