Тебя я хочу. Не только в постели, в своей жизни.
— В качестве кого? Когда ты собираешься развестись? Если… Если я снова забеременею, что ты будешь делать тогда? Я… Знаешь, Тигран, мне нужно подышать свежим воздухом. А когда я вернусь — объяснишь мне всё.
Я практически бегу на улицу, не слушая ответа мужчины. Мне нужно собраться и прочистить голову. А холодные порыв ветра только помогает. Успокаивает горящую кожу, заполняет легкие.
Рядом с Тиграном я словно совсем не могу дышать, ничего не могу. Вижу его взгляд и плыву.
Плюю на всё прошлое, вспоминая только хорошие моменты. И это…
Неправильно. Нельзя быть настолько под влиянием какого-то мужчины.
Прячу руки в карман, нащупывая подвеску. Я ведь даже не понимаю — это подарок от чистой души или очередная попытка подкупить? А всё, что говорил Тигран… Это тоже ложь или правда?
Возвращаюсь к мужчине вечность спустя, когда начинаю замерзать. Просто спрошу. Ещё раз. Любит или нет. Мне нужно знать, а потом… Не знаю, просто решать по ситуации. Звонить Мине, пусть снова помогает непутевой сестре.
Спрашивать советов…
— Тигран!
Замечаю мужчину с моим телефоном в руках. Оставила всё, а теперь жалею. Что он там такого увидел? Потому что лицо Тиграна непроницаемое, лишенное эмоций.
— Ты не имел права! Это мои переписки.
— Он постоянно вибрировал, я планировал отключил звук. Но увидел, что это сообщение из клиники… — мужчина ослабляет галстук, стягивает его. Давит на виски и смотрит так, словно толкает меня в бездну. — Лана, ты… Ты беременна?
Глава 17.
Лана
Он знает.
Знает.
Мысль отчаянно бьется в голове, пока я пытаюсь найти себе оправдание. Это ведь… Тигран не должен был узнать! Это моя тайна, мой ребенок, раз мужчина отказался.
Даже сейчас, пытаясь меня вернуть зачем-то, он продолжал говорить, что детей не хочет. Но ведь тогда нам не по пути, как он не поймёт?
А теперь я не могу придумать, что сказать. Открываю рот, пытаясь вдохнуть кислород. Только не получается, голова начинает кружиться, легкие сдавливает.
Я не… Я не думаю, что мужчина потащит меня на аборт, почти двенадцать недель.
Но… Насколько он не хочет детей? Что он…
— Да, — киваю, голос сиплый, жалкий. Падаю на стул, допивая чай до дна. — Да, Тигран, я беременна.
Когда-то я признавалась в этом с радостью и надеждой. Была такой окрыленной, счастливой. У нас будет ребенок, это ведь прекрасно! А оказалось… Нет, это прекрасно не для всех.
Теперь же признание кажется приговором самой себе. Я не знаю, что сделает мужчина, как отреагирует.
