Ловушка. Форс-мажор

Общее безукоризненно-стильное впечатление смазывалось по-идиотски выпирающими узлами повязанных на шее шелковых платков.

– Никак «карзоевские» подкатили? – полушепотом спросил Лямка.

– Похоже на то, – согласилась Полина. – Дети гор. Без понтов – никуда…

«Дешевка, – именно так со своей стороны прокомментировал появление абреков Стуруа. – Под латиносов работают, что ли. Чистой воды Scarface!»

Утешало Стаса одно: эта компашка – всяко не люди Ребуса. По крайней мере, Завьялов при личной встрече произвел впечатление человека, который работает куда тоньше.

– Кать, у тебя деньги есть?

– Рублей пятьсот. А что?

– Одолжишь, если мне не хватит? В этой «Волне» цены небось запредельные. А откровенно косить под Шарапова не хочется.

– Конечно, – машинально кивнула Востроилова. И тут до нее дошло: – Стоп! Какая «Волна»? Ты что, собираешься заходить внутрь?

– Ну да. Полина с Лямкой будут наблюдать снаружи, а мы с тобой изнутри. По крайней мере, лично я не собираюсь пропускать такое зрелище.

– Паша! Балда ты эдакая! Ты понимаешь, что это может быть опасно?

– Подумаешь, зашли посидеть в ресторан!.. Вход свободный, клубные карты на входе не спрашивают. Что тут такого?

– А ничего, что в зале будет Некрасов? Который знает тебя в лицо?

– Ерунда. Мы с ним и виделись-то всего один раз. Причем в Малой Вишере, ночью и сто лет назад. Ни фига он меня не вспомнит.

– А ничего, что в зале может сидеть еще и твой чекист? Он ведь тоже знает время и место встречи.

– Между прочим, твой Смолов мог бы и сообразить, что последний разговор Завьялова с Некрасовым отправлять заказчику вовсе необязательно.

Атас вообще! Мы получили эксклюзивную информацию и своими же руками слили ее на сторону. Идиотизм какой-то!

– Сам ты «идиотизм», – обиделась за начальника Катя. – Во-первых, не мы, а МЫ получили информацию. А во-вторых, у Виктора Васильевича есть определенные обязательства.

– Да. И без «вот как»! Люди, которые заказывают информацию подобным образом, должны быть уверены, что получают ее в должном объеме.

Без пристрастной оценки со стороны исполнителя и в полном, а не в усеченном варианте. И если Смолов где-то в чем-то смухлюет, то это может серьезно ударить по репутации всех, кто задействован в цепочке.

– Слова-то какие! «Репутация»! Постыдились бы…

– Что ты сказал? – Востроилова резко остановилась и грозно посмотрела на вмиг побледневшего Пашу.

– Кать, извини, я… В общем, я глупость сказал.