Ловушка. Форс-мажор

Ольховская послушно щелкнула кнопками.

– Это ловушка, Владимир Анатольевич, срочно уходите, – прохрипел Сазан, страдальчески морщась. – Ловите тачку… Любые деньги… Уходите отсюда…

– У меня нога… Похоже, сломана.

– Болевой шок, – догадался Плуцкер. – Он в любой момент может потерять сознание. Но молодой человек абсолютно прав: нам действительно следует делать ноги. Пока, извиняюсь за черный юмор, они еще целы. И не только ноги. С нашим-то грузом…

– Хорошо, уходим. Держись, Валера! Я пришлю людей.

Ребус и Плуцкер выбрались из машины на набережную. Но здесь их поджидал еще один неприятный сюрприз в лице перегородившего путь к отступлению Севы. Оценив ситуацию, Ребус автоматически пихнул руку в карман.

– Даже не думайте, Владимир Анатольевич. Иначе мне придется прострелить вам конечность. Или конец. Вы ведь не хотите, чтобы к вашему благородному погонялу, добавилось другое, более обидное? Например, Евнух?

– Кто такой? От Карзоева? Это он меня заказал?

– Слишком много вопросов, Владимир Анатольевич.

Кстати, папочка не слишком тяжелая? А то я могу помочь, подержать.

– Хамить изволим? А ну папку сюда, живо!

– Володя, не дури, – зашептал до смерти перепуганный Плуцкер. – Посмотри, какие у него глаза. Этот человек не шельмует, он таки будет стрелять.

– Папку тебе, говоришь? – ухмыльнулся Ребус. И, размахнувшись… швырнул «Хроники Дионисия» в Неву. – На, отсоси!

Никак не ожидавший такого Сева растерялся и машинально подался вперед, к гранитному парапету.

И вот это самое секундное замешательство стоило ему жизни… Ребус мгновенно выбросил из кармана руку с заточкой и нанес могучий удар сверху вниз, рассекая шейные позвонки и пробивая горло.

– Ароныч, уходим, – гаркнул он и, отшвырнув уже мертвого Севу, побежал к мосту. Побелевший от страха Плуцкер, мало что соображая, как заяц, припустил в противоположную сторону. Деятелям искусства с находящимися в федеральном розыске убийцами, бывает, что и по пути.

Но сегодня был явно не тот случай.

– Иван, не смей! – закричала Ольховская, увидев, как Лямка сражается с кнопками дверей. – Он подобрал пистолет Севы! Не смей!

Но Лямка, не реагируя на истеричные крики Полины, все равно выскочил из салона и подлетел к парапету. Выброшенная Ребусом папка, слегка покачиваясь на волнах, медленно плыла под мост. Времени на раздумья не оставалось и, запрыгнув на гранит, неуклюжим «солдатиком» Лямка сиганул в Неву.