Лоза под снегом

– А скажите-ка, вы готовить любите?

Вопрос прозвучал столь неожиданно, что Нинель застыла, не веря собственным ушам. Это-то тут при чем?

– Не особо, – пробормотала она. – Если честно, то у меня не очень получается. Нет кулинарных талантов.

– А я вот, знаете, люблю. – Докучаев захлопнул крышку ноутбука и потянулся всем своим сильным крепким телом.

В машине было тепло, поэтому пальто, добротное, очень дорогое, из тонкого кашемира, он снял еще до того, как сел, и пиджак тоже. Ехал в одной рубашке, очень белой и тоже очень дорогой.

Нинель, работая личным помощником, быстро научилась разбираться в подобных вещах.

Когда он потянулся, широко, от души, под тонким хлопком рубашки прокатились бугры мышц, и Нинель вдруг совершенно не к месту поняла, что шеф не полный, просто крепко сбитый и сильно накачанный. Такие мышцы можно было получить лишь при регулярных тренировках в спортзале, и места жиру они совершенно не оставляли, в отличие от фантазии.

Нинель вдруг сообразила, что совершенно неприлично пялится на шефа, вспыхнула до корней волос и поспешно отвернулась.

– Готовка очень хорошо прочищает мысли, – продолжал между тем Докучаев. – Все раскладывается в голове по полочкам, формулируется нужный рецепт, в котором ясны все ингредиенты, учтено их количество, и можно быть уверенным, что при правильном их использовании результат точно будет удачным.

В последнем Нинель была вовсе не уверена. Когда она брала на себя труд готовить, то всегда использовала рецепты из интернета и следовала им точно, даже губами шевеля от усердия.

Но результат чаще всего все равно оказывался плачевным. Искомое блюдо либо пригорало, либо оставалось сырым, либо оказывалось пересоленным. В любом случае получалось что-то малоудобоваримое.

– А есть вы, надеюсь, любите? Нинель, что вы молчите? Надулись как мышь на крупу.

– Я не надулась, – пробормотала Нинель, набравшись смелости, снова повернулась к шефу и посмотрела прямо ему в глаза. Трусихой она не была. – И да, есть люблю. То есть я не то имела в виду, конечно.

Мне нравится вкусная еда, и я считаю, что это один из самых доступных видов удовольствия."

"– Самый доступный вид удовольствия – секс, – сообщил шеф и снова потянулся. Нинель смотрела как зачарованная. – Но я вам обещаю, что все три дня на базе, куда мы едем, будет не просто вкусно, а феерически вкусно. У Аржанова во всех его охотхозяйствах культ еды. Причем обязательно своей, добытой на охоте или специально выращенной или пойманной.