Ему, скорее всего, стало скучно в браке и захотелось заиметь женщину, с которой он время от времени мог покувыркаться в постели. Хорошо, может быть, он и уехал бы с тобой, потому что как раз это его устраивало. Но он всегда остался бы тем же самым мужчиной, способным бросить жену. Когда-нибудь ему и с тобой стало бы скучно, и он изменил бы тебе точно так же, как сделал сейчас по отношению к своей жене. Он использовал тебя – и ради такой ничтожной, третьесортной истории ты причинила Анри такую чудовищную боль… Для меня непостижимо, как ты еще можешь смотреть на себя в зеркало!
Жоли глубоко вздохнула.
Каждое отдельное слово, сказанное Катрин, причиняло ей боль – именно потому, что она сама все эти годы снова и снова испытывала страх, что все может обернуться ничтожной, третьесортной историей, как Мишо ее сейчас назвала.
Хотя это было не так. Петер хотел уехать с ней, и не только потому, что как раз это его устраивало. Они стояли на ступени, ведущей к новой жизни. Если б его кто-то не убил и не бросил там, в горах, среди кустов…
А самым ужасным было то, что Надин знала только одного человека, у которого был мотив, и когда она думала об этом, у нее кружилась голова.
После того как Катрин выпустила все свои ядовитые стрелы, ее лицо стало очень холодным.
– Узнать твою тайну было очень легко, – сказала она. – Я прочитала письмо, которое ты написала своей матери. В позапрошлую пятницу. Я была там, чтобы помочь Анри. Ты опять, в который раз, подвела его.
В своем письме ты изложила свой план."
"«Странно, – с удивлением подумала Надин, – как часто в жизни приходится убеждаться в том, что стоит прислушиваться к своему внутреннему голосу. Я знала, что мне не следовало писать то письмо».
– Это письмо не валялось просто так на виду, – сказала она. – Оно лежало в самой глубине ящика моего письменного стола. Если ты его прочитала, значит, ты целенаправленно рылась в моих вещах.
– Да, – ответила Катрин без малейшего смущения.
– И часто ты это делала? – ошеломленно спросила – Надин.
– Время от времени. Я часто бывала там, а тебя так же часто не было. А так как Анри позволил мне пользоваться вашим личным туалетом, мне несложно было пройти наверх. Два шага в твою комнату – и можно выборочно просмотреть шкафы и ящики. В большинстве случаев, правда, безрезультатно.
– Не могу в это поверить, – пробормотала Жоли.
– Ты была очень осторожна, Надин. Я нашла дневники, которые были заперты.
