А там у нее не было телефона, чтобы позвать на помощь…
И вновь Лаура услышала этот своеобразный шорох из подвала. Теперь она была уверена, что это скрипит узкая и крутая деревянная лестница, ведущая оттуда на первый этаж дома.
На несколько секунд страх полностью парализовал ее. Она не могла ни пошевелить ногой, ни повернуть голову, ни глотнуть, ни вздохнуть – лишь стояла как вкопанная и ждала роковой участи, думая, что пребывает в каком-то безрассудном кошмарном сне.
Но потом к ней неожиданно вернулась жизнь. В два прыжка она добралась до телефона и схватила трубку.
«Полиция. Мне нужно вызвать полицию. Черт побери, какой же номер у французской полиции?!»
В голове у нее была пустота, но возможно, она никогда и не знала этого номера. Разве им с Петером когда-либо нужна была полиция? Разве их когда-либо волновали такие вещи? Где-то у нее была записка с номером комиссара Бертэна, но возможно, она лежала около телефона в гостиной или провалилась в сумку – в любом случае Лаура не знала, где она…
«Боже милостивый, помоги мне! Подскажи мне какой-нибудь номер!»
В этом городке был всего один номер, который Лаура помнила наизусть.
Потому что в лучшие времена часто набирала его.
Это был номер «У Надин».
Ничего другого ей не оставалось. Ее пальцы дрожали, когда она набирала номер.
Если там никого не окажется, она пропала.
11Надин не знала, как долго просидела на ступеньках. Возможно, несколько минут, а может, и дольше. Она сидела, уставившись перед собой, и в голове у нее проплывали картины, воспоминания о прошлом, воспоминания об Анри, об их совместной жизни в этом доме, о море слез, которые она пролила в этих комнатах… Надин рассматривала эти картины, представлявшие собой итог ее предыдущей жизни, со странным для нее равнодушием.
Спокойствие, с которым она думала о своем крушении, уже было шагом вперед по сравнению с теми терзаниями, которым она обычно предавалась. Возможно, это даже был шаг навстречу приятию случившегося – без приукрашивания, но и без ненависти к самой себе."
"Когда внезапно зазвонил телефон, Жоли вздрогнула и чуть не вскочила на ноги.
