Липкий нектар амброзии стекал по моим ногам, заливая член Алистера. Моя киска билась в конвульсиях, засасывая его внутрь себя и отказываясь отпускать. Я могла чувствовать каждый изгиб и изгиб его длины в своих стенах, пока я вытягивала из него свой оргазм.
— Черт, мне нужно вырваться. Голос у него напряженный, хриплый и сдавленный. Кажется, он говорит это больше себе, чем мне.
Зубы вонзились в плоть моего плеча, не просто крошечный любовный укус, а свирепый укус, который оставил мою кожу жгучей. Алистер еще несколько раз толкнул меня бедрами, прежде чем легко выскользнуть из меня, еще одна волна удовлетворения наполняет мою грудь, когда я слышу свое имя на его губах, когда он кончает.
Я не могу не задаться вопросом, часто ли это происходит. Когда он в душе, если его рука обхватывает его член, дергается, пока он не кончит с моим именем на губах.
Помимо экстаза, то, что я даже не услышала звук срабатывания пожарной сигнализации, скрыло мои всхлипы удовольствия. Я возвращалась на землю, последствия моих действий становились все более и более реальными, когда я слышала эхо тревоги.
Это звучало по всему кампусу.
Мистер Уэст ругается так близко, что практически дышит тем же воздухом, что и я. Он быстро забывает про стук из шкафа, спеша помочь с явным огнем, который спас мою гордость и репутацию.
Я выпрыгиваю из туалета, чистый воздух за пределами нашего пота и гормонов — жестокое напоминание о том, что я только что сделала. Что, если у него было чертово ЗППП? Мы даже не использовали презерватив.
Боже мой, я не могу забеременеть.
Кладу руку на грудь, заставляя себя успокоиться, поворачиваюсь и смотрю на него, платье прилипает к бедрам от пота.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты чист. — Я дышу, морщась, пытаясь не смотреть на него, пока он подтягивает штаны, застегивает их и проводит рукой по волосам. Вальсируя из тесного пространства, как будто его ничего это не беспокоило.
Что-то мелькает у него перед глазами. Раздражение? Разочарование?
Он выдыхает: — Я чист.
"
"Меня наполняет облегчение, когда я решаю одну из самых серьезных проблем, с которыми я сейчас сталкиваюсь. Сирена продолжает реветь, когда я слегка подбегаю к окну и вижу, что одно из деревьев на площади охвачено яростным оранжевым пламенем. Огонь громко гоготал и шипел, поднимаясь все выше и выше, пожирая старое дерево.
— Боже мой, Лира. Я дышу, меня наполняет тревога за подругу, которую я оставила с тремя из четырех психов.
